Взаимосвязанность мировой экономики диктует свои ограничения военной политике крупнейших военных держав. В этой связи вполне показательно решение правительства США внедрить расширенное государственное регулирование в нефтяную отрасль из-за энергетического кризиса, спровоцированного блокадой Ормуза и войной с Ираном. Россия на фоне аналогичных проблем из-за летней кампании дальнобойных ударов ВСУ тоже пошла по этому пути. Чем выше будет уровень турбулентности и напряженности в международных делах, тем сильнее государства будут стремиться поставить экономику на военные рельсы. Поскольку современная война ушла от прежней и устоявшейся концепции ограниченности и приобрела черты тотальной, то и сферы, ранее не подчиненные ей автоматически переходят на новое положение. Третья мировая — пусть и не в формате строго регламетированного коалиционного конфликта — гораздо ближе, чем кажется. Те, кто это понимают и заготавливают институциональную почву, окажутся в более выигрышной позиции, когда дойдет до боевых действий.