Тридцать пять лет назад была предпринята последняя попытка сохранить Советский Союз, которая привела к его бесповоротному краху. Чем бы ни руководствовались инициаторы Государственного комитета по чрезвычайному положению (ГКЧП), своими действиями они только подтвердили нежизнеспособность проекта, спасать и реформировать его было уже поздно. Советские политические элиты деградировали до критического уровня. И профессионализм охранителей-консерваторов оказался ничем не лучше, чем их оппонентов-прогрессистов. Решающим для исхода соревнования стали общественные настроения. Усталость, раздражение и индифферентность масс сыграли на руку наиболее решительно настроенным и провозглашавшим радикальные перемены силам. Судьбу СССР определило то, что защищать его никто больше не хотел. Эволюция бывшего советского общества (распавшегося на общества многих и очень разных стран) за прошедшие три с половиной десятилетия доказывает, что, вероятнее всего, шансов на сохранение единого государства в долгосрочной перспективе не было. И дело не в кознях врагов (они, естественно, всегда имеют место, но только как дополнительный фактор), а в нараставшей неоднородности и невозможности долго поддерживать рамку «новой исторической общности – советского народа». Действенность репрессивных методов, даже если их попробовали бы применить вовремя (то есть за годы до ГКЧП) и намного интенсивнее, была бы всё равно ограничена по времени и эффекту. А повышение гибкости и децентрализация, то есть разумная (не та, что получилась) перестройка на несоциалистические рельсы, неизбежно повели бы к тем же самым центробежным тенденциям. Имея опыт конца 20 – начала 21 веков, выявивший реальные отношения между народами бывшей советской «семьи», уже не удастся вообразить, что сообщество могло выжить. Да и русский государствообразующий народ едва ли смирился бы с демографическими изменениями государства в пользу других этносов и религий. И гипотетическое процветание огромного и мощного «обновлённого Союза Советских Социалистических Республик» не перевесило бы роста культурно-национальных противоречий. Спустя тридцать пять лет советское наследие полезно изучать и анализировать, можно вспоминать с ностальгией или возмущением (автору этих строк очень жалко общей большой страны, как бы ни относиться к тамошнему строю), стоит сформулировать для себя уроки его провала. Но это прошлое, которое не вернётся никогда, а опыт его больше не применим. Заделов на будущее в нём не найти.