Illegal (1953) реж. Льюис Аллен В рамках ежегодного марафона нуаров #noirvember от @randomnoir Небольшой нуар категории Б от славной студии Warner, который в своё время затерялся среди более громких названий, но… Есть в нём некоторые уникальные черты. Он необычно скептически настроен к правосудию и будто даже не пытается помечтать, что его сила непобедима. Америка 50-х – эпоха, когда вера в непогрешимость государственных институтов уже дала глубокую трещину. И потому здесь не криминальные улицы с озябшими людьми главный источник ужаса, а зал суда, в котором судьба человека зависит не от закона как такового, а от красноречия одного-единственного игрока. Эдвард Дж. Робинсон – и есть этот красноречивый игрок. Бывший король зала суда, убийственно талантливый в умении убеждать присяжных прокурор. Для него нет невиновных – есть те, кого он ещё не докончил аргументами. Но одна ошибка, одна слишком блестящая и слишком самоуверенная победа приводит к смертельному исходу – и герой рушится с пьедестала. Задетая гордость ведёт его к бутылке виски – и к ещё более губительным вещам. Открывается страшное – всё это время он сражался не за торжество закона, а за свою карьеру, за ту самую разбитую ныне гордость. И отныне его блестящий ум служит тем, кого он сам ещё вчера с наслаждением представлял чудовищами. Он становится «адвокатом дьявола». Но принцип его не меняется: прокурор он или адвокат, истина – это то, в чём он способен убедить. Истина – то, что служит его карьере, то, что служит ему самому и его близким. В этом уникальность фильма. Классический нуарный путь от белого к тьме и обратно присутствует, но причиной падения становится не внешняя карма, не femme fatale, и не нужда. Героя в болото тянет собственная жажда побеждать. Он не ищет справедливости, он ищет триумфа. И финальный намёк на «искупление» вовсе не возврат к идеалам закона. Его развернуло обратно не чувство долга перед обществом, а сугубо личные мотивы: защитить тех, кто дорог. Поэтому никакого хэппи-энда нет на самом деле. Система осталась такой же прогнившей, более того – на протяжении всего фильма никто и не пытается её лечить. И если в других нуарах герой платит за преступление, здесь наказанным остаётся сам закон. И наказанным за это оказывается главный герой, который формально никаких преступлений не совершает. Да и преступления антагонистов, воротил криминального мира, остаются где-то за кадром. Преступление скрыто где-то в ткани самой системы Закона. И преступление это – человек. С этим надо как-то жить. Закон оказывается слишком персонифицирован, а критерий истинности лишь прагматичность. Поле суда – поле театра, поле амбиций и личных мотивов. И важно то, что фильм не пытается спорить с этим порядком вещей, просто, ежели мотивы чисты, то и всё хорошо, значит. Что, собственно, и происходит в финале. Таким отношением к закону фильм и ценен до сих пор, несмотря на схематичность сюжетных ходов и местами абсурдные юридические кунштюки. Да и видеть на экране Робинсона каждый раз всё равно, что вернуться в старый, тёплый отчий дом. Робинсон великолепен, как всегда, тут и говорить не о чем. Усталый, грустный, в предчувствии своего выхода из моды. Режиссёр Льюис Аллен нам всем знаком по славному «Музею восковых фигур» 1953 года и ещё по нескольким нуарам, толк в жанре знает. Визуально картина скорее сухая, хотя и не лишена некоторой нуарной барочности. Тут даже есть натурные съёмки, что редкость для нуаров категории Б. «Беззаконие» – нуар зала суда. И зал суда этот освещён институцианальным мраком.