Решил погрузиться в атмосферу кино-нуар, поучаствовать в марафоне #noirvember от random noir stills и закрыть пробелы, начав с классического нуара Джона Хьюстона «Асфальтовые джунгли» (1950). Любопытно, что это один из первых фильмов жанра «ограбление», хотя, как точно заметил Эдди Мюллер (спасибо за подсказку Никите Л.), нуар обычно тяготеет к отчаянным героям-одиночкам. А в этой ленте целый ансамбль. «Асфальтовые джунгли» очаровывает точными, емкими образами. Пистолет, брошенный в кассовый аппарат: мгновенная связь между криминалом и легкой наживой. Девушка плачет и вместе со слезами отклеиваются накладные ресницы: искренняя эмоция смывает маску и открывает ее настоящие глаза. Решетка ограбленного хранилища захлопывается за спинами героев — предвестие другой решетки, уже тюремной. Моя любимая сцена — с героем по имени Доктор Риденшнайдер. Он гений криминального мира: абсолютно хладнокровный, педантичный, собранный, даже когда все рушится и идет не по плану. Но в финале становится ясно, что им движут не только деньги, но и тоска по юным девушкам, о которых он грезил в тюрьме. Почти выбравшись из города, он задерживается в придорожном дайнере. Девушке не хватает монеты, чтобы потанцевать под песни музыкального автомата. Доктор протягивает ей горсть серебра, чтобы всего на пару минут забыть об ограблении, посмотреть на ее танец, упиться в глазами в ее молодость. Завораживающая, полная эротического вуяризма сцена мгновенно сменяется саспенсом. Девушка выходит из кадра, и за ее спиной, в окне, проступают силуэты полицейских. Финальный образ детально пересказывать не буду, чтобы не спойлерить. Скажу только,что Хьюстон блестяще работает с темой фатализма и рока судьбы (очень характерного для нуара), а также с оппозицией «город / природа». Как заметили мои друзья–нуар-гики: это один из немногих случаев, когда герой нуара действительно вырывается из цепких лап города. Но цена за это высока. После фильма узнал два любопытных факта: Во-первых, почти на всех постерах фильмах крупно красуется Мэрилин Монро. Хотя в кадре ее от силы минут пять, и в момент съемок она была начинающей актрисой. Но когда фильм выходил на VHS и DVD, она уже стала легендой, и прокатчики переделали афиши. Поэтому может сложится впечатление, что она главная звезда ленты, хотя в действительности ее имени нет в открывающих титрах. Позже Хьюстон вспоминал: Монро — редкий пример актрисы, которая умела эффектно уходить со сцены. Во-вторых, Эдди Мюллер отмечает влияние итальянского неореализма на Хьюстона. В фильме действительно много сурового натурализма и уличных съемок. Возможно, я ошибаюсь, но неореализм мог повлиять не только на Хьюстона, но и на нуар 50-х в целом. По крайней мере, разница между нуарами 40-х и 50-х ощущается: смесь дневного натурализма и ночной стилизации — как в «Ночь и город» Дассена или «Убийстве» Кубрика. Хотя признаюсь, пока что для себя это плохо сформулировал.