Rajdian — [ӕ] (Алик Пухати)

Беслан и наше отношение к нему являются иллюстрацией одной из мыслей Пьера Нора, которую он высказал во “Всемирном торжестве памяти”: “Требование возвращения памяти — в принципе форма взывания к правосудию”. Беслан, таким образом, есть не только важнейшая часть осетинской национальной идентичности, но и наша осознанная острая потребность в справедливости. Монополия государственного культа на национальную память неминуемо разрушается. Бесконечно черпать легитимность в прошлом без создания новых смыслов невозможно. Французские дворяне ввели в обиход дуэли прежде всего потому, что хотели защитить от абсолютной королевской власти свою свободу и физическую неприкосновенность с правом ношения оружия. Честь стала едва ли не единственным островком личного пространства, который был выведен из-под непосредственного влияния короля-государства, к сильному неудовольствию последнего. Фильм Дудя, доклад Савельева вызывают болезненную реакцию со стороны государства по той же причине, по которой французские короли боролись с дуэлями. Дело было не в их милосердии, даже когда дуэли приобрели абсурдный размах: сама практика поединков чести была вызовом абсолютной власти сюзерена. На сегодняшний день жажда памяти и доступа к национальной истории в ее нестерилизованной версии есть, в общем и целом, форма гражданской свободы. Важно, однако, чтобы память как взывание к справедливости не выродилась в призывы к насилию. Нора описывает и форму национальной памяти, которая становится чем-то вроде бесконечного пережевывания жвачки, приводящего к регрессу и гибели. https://t.me/rajdian/1666