ИИ ускоряет цензуру: в этом году американские школы запретили больше книг, чем когда-либо прежде Правозащитная организация PEN America, которая защищает свободу слова по всему миру, зафиксировала почти 12 тысяч случаев запрета книг в 114 школьных округах. Согласно их новому отчету, такой масштабный всплеск цензуры произошел в течение прошлого учебного года. Это самое большое количество книжных запретов в США за один год с тех пор, как организация начала отслеживать эту статистику в 2021 году. Большая часть запрещенных книг пришлась на литературу для подростков и молодежи — 58%, а также на художественные произведения в целом — 87%. Правозащитники предупреждают, что запрет подростковых романов лишает молодых людей доступа к книгам, которые могли бы помочь им просто полюбить чтение. Вполне ожидаемо, что подавляющее большинство запретов книг пришлось на консервативные Техас и Флориду. Там запретили 8 193 и 3 212 книг соответственно. По данным исследователей, Флорида, которая возглавляла этот список последние три года, и Техас стали настоящими образцами образовательной цензуры. В этих штатах активисты, местные законы и политики объединились, чтобы заставить школьные округа массово закрывать доступ к литературе. Размытые требования местных властей вынуждают школьные администрации все чаще перекладывать оценку книг на нейросети. Школы используют чат-ботов и текстовые ИИ-инструменты, чтобы быстро проверять тысячи страниц на наличие «неподобающих» ключевых слов и тем. Но официальные документы, которые получили волонтеры из Texas Freedom to Read Project, показывают: ИИ рекомендует убирать книги из библиотек вовсе не из-за глубокого анализа содержания или нарушения законов. Он делает это по принципу ассоциаций и просто потому, что их уже запретили в других округах. Например, в одном из техасских округов ИИ потребовал удалить книгу Кейсена Каллендера Felix Ever After («Феликс навсегда») только из-за того, что она была найдена в чужих онлайн-списках материалов с ЛГБТК-контентом. А в Юте, судя по всему таким же образом, полностью запретили культовый роман Грегори Магвайра «Злая» (Wicked), который переосмысляет историю Страны Оз и по которому сняли фильм с Арианой Гранде и Синтией Эриво. Местные чиновники внесли книгу в черный список как «объективно неприемлемый материал». Примечательно, что сам автор еще в ноябре 2024 года открыто говорил, что его роман написан совершенно не для детей. Нейросети без разбора сканируют названия и автоматические аннотации книг, вообще не учитывая контекст, нюансы сюжета или задумку автора. По словам правозащитников, такая автоматизация запускает эффект снежного кома и ускоряет цензуру, которая и без того зашла слишком далеко. В России цензура с помощью ИИ тоже существует, правда, в основном пока в издательствах. Редактор одного из крупных российских издательств рассказал нам, что они используют ИИ для первичной вычитки иностранных книг перед покупкой прав на перевод. Проверяют тексты не только на ЛГБТК-тематику, но и, например. на предмет пропаганды наркотиков: «В конституции всегда были прописаны базовые запреты на разжигание розни или пропаганду наркотиков. Понятно, что есть условный Хантер Томпсон, но это художественная литература, её особо не трогали. С нон-фикшеном было так же: если там нет совсем уж странного бреда, проблем не возникало. Но сейчас, например, на Западе появилась огромная ниша прикладных книг про микродозинг, пользу грибов и так далее. И вот про это, мы теперь вообще ничего издавать не можем из-за рисков. Тут уже включилась жесткая многоступенчатая самоцензура». Хотя в свежем отчете PEN America нет точных цифр по ЛГБТК-тематике за прошлый учебный год, анализ за последние пять лет показывает четкую тенденцию. Почти всегда под удар попадают истории о расизме, ЛГБТК-людях и об отношениях полов. Эти выводы подтверждает и Американская библиотечная ассоциация. По её данным, из более чем четырех тысяч книг, которые пытались запретить в последнее время, ровно 40% рассказывали о реальном жизненном опыте людей различных расовых и этнических групп и ЛГБТК-сообщества.