Об отправке сирийцев в КСА на йеменское направление 🇮🇷 В новостях об отправке сирийцев в Йемен, точнее формально – на границу с Йеменом, которые циркулируют уже полторы недели, интереснее всего не сам факт переговоров Дамаска с Эр-Риядом, а то, кто со стороны сирийской армии их вел. Начну с начала. Во-первых, Дамаск отрицает любые сообщения о развертывании контингента, однако, судя по всему, некоторая часть представителей армейских структур в КСА уже отправлена или готовится к отправке. Опять же формально речь идет о сирийских военных, а не об иностранцах. Но здесь воспроизводится знакомая схема, которую использовали офицеры и генералы Асада: в состав 4-й дивизии Махера Асада и Республиканской гвардии включали иностранные подразделения, например иракские, и тем самым придавали им официальный статус. Похожим образом обстоит дело и сейчас. В КСА с двухнедельным визитом находился бригадный генерал Халед Хаттаб, он же Халед Мохамед Халаби, командующий 82-й бригадой. Ранее он, по имеющимся данным, служил капитаном в армии Асада, хотя эта деталь биографии периодически опровергалась. Хаттаб в свое время входил в число лидеров «Джунд аль-Аксы»*, а к моменту падения режима Асада возглавлял «Ансар ат-Таухид»*. «Джунд аль-Акса» в сирийской оппозиционной среде нередко называли «троянским конем ИГ*»: группировка применяла методы, характерные для ИГ, устраивала расправы над меньшинствами, солдатами Асада и участниками конкурирующих оппозиционных групп. Часть ее бойцов позднее ушла в ИГ, другая сформировала «Ансар ат-Таухид». В Идлибе эта структура была ближе к «Хуррас ад-Дин»*, которая соперничала с ХТШ*. Во время событий ноября–декабря 2024 года «Ансар ат-Таухид» шла в авангарде наступления на Дамаск. Таким образом, нынешняя 82-я дивизия в значительной степени состоит из иностранных подразделений, в том числе выходцев из Узбекистана. В ходе реформ ее частично реструктурировали, ограничив самостоятельность интегрированных в нее группировок. Однако эти меры, судя по всему, остались довольно поверхностными, а реальное положение дел в районе дислокации соединения – в Идлибе и Хаме – остается неясным. Во-вторых, наличие «Ансар ат-Таухид» в авангарде наступления на Дамаск в 2024 году и, вероятно, в авангарде сил, отправляемых к Йемену, укладывается в давнюю политику аш-Шараа в отношении наиболее радикальных боевиков. С одной стороны, с 2018 года предпринимались меры по их постепенной «утилизации» в боевых действиях, включая отправку на заведомо проигрышные операции. С другой стороны, резкая утилизация таких токсичных вооруженных групп, которые можно использовать в различных неафишируемых операциях, сейчас может обернуться последствиями для стабильности режима аш-Шараа. При этом вывод их из «внутриполитической повестки» отодвигает проблему их влияния внутри силовых структур и, как ни парадоксально, проверяет их управляемость. Кстати, для Саудовской Аравии эта схема в некоторой степени не нова, поскольку при Асаде боевиков ИГ, которые содержались в тюрьмах САА, переправляли в Сирию для такой же «утилизации», где они участвовали в боях на стороне Хафтара и вводились в состав салафитских бригад внутри ЛНА, которые получали поддержку от КСА. * запрещены в РФ © https://t.me/qed_mena