Мефедрон в шкафу и Центр «Э»: как власти воюют с митингами против фальсификаций Власти готовы пресекать протесты против фальсификации выборов любыми методами. И запретить митинги на бумаге — лишь первый шаг. Если активисты продолжают бороться, в ход идут точечные методы давления, которые прямо сейчас разворачиваются в российских городах. Речь о кейсах Ижевска и Тобольска. Ижевск: полная изоляция через уголовную статью 🔜 Активист Дмитрий Морозов пошел строго по юридическому пути: оспорил отказ мэрии в проведении акции в суде и добился пересмотра. Параллельно он начал объединять заявителей митингов против фальсификаций, записывал видео с анонсами и вел список городов, где подали заявки. Итог — жесткий арест на улице. Адвоката не пускали больше суток. Утром следующего дня силовики провели обыск и заявили, что нашли в шкафу 0,38 грамма мефедрона. В суде прокурор без каких-либо подробностей добавил, что есть информация о связи Морозова с «украинским вооруженным формированием». Теперь активист отправлен в СИЗО на 2 месяца, по статье о наркотиках (ч. 2 ст. 228 УК РФ) ему грозит до 10 лет. Тобольск: Карусель давления на легальной акции. 🔜 В Тобольске митинг 4 октября официально согласовали, но организаторам — Роману Пашаеву («Рассвет») и Артему Куцуну (КПРФ) — все равно устроили прессинг. За 2 дня до акции Центр «Э» вручил Пашаеву предостережение об «экстремизме» и «терроризме». Сразу после завершения митинга организаторам выдали повестки, обвинив в проведении якобы «несанкционированной» акции. В отделе полиции Пашаева допрашивали сотрудники Центра «Э». Ему показывали скриншоты из его телеграм-канала, расспрашивали про партию и публикации в «ОВД-Инфо», пытаясь вменить административную статью. При этом на самом митинге была только партийная символика КПРФ. Тенденция очевидна: если акцию не получается запретить на бумаге, в ход идут превентивные задержания, фабрикация тяжелых уголовных дел или попытки задним числом объявить легальный протест незаконным. Честно - и точка. Мы ГОВОРИМ - другие МОЛЧАТ