Русский борщ

Это очень странная война, наверное, одна из самых странных, о которых мне приходилось изучать или которые приходилось видеть. Я могу навскидку назвать штук 20 вопиющих странностей, как про Украину, так и про Россию, которые не поддаются адекватному объяснению. Большинство их дождутся конца войны, но одну, про Россию — я все-таки озвучу. У России потери погибшими приближаются к половине миллиона, а возможно, когда вы читаете эти строки, они уже достигли или даже перевалили эту планку. Потери порой могут быть оправданы, если они приносят дивиденды, но это не про сегодняшнюю Россию и не про войну, которую она ведет. Мне категорически неясно, почему после неудачного наскока на Киев российское руководство решило год за годом сжигать свою армию в лоб о самые защищенные и укрепленные рубежи Украины. История мало видела подобного, если вообще видела, когда гигантскую армию берут и методично, год за годом, уебывают об стенку с мизерными для себя успехами. Мне могут оппонировать, мол, украинцы тоже в 2023 году наступали в лоб прямо на самые укрепленные позиции. Это так, но только после этого украинцы, ошпарившись, извлекли уроки, и дальше мы видим Курскую операцию (то есть, смену направления), роботизацию, поиск новых военных решений. А до этого были Харьковский блицкриг, оборона Киева, освобождение Херсона через выбивание мостов и изоляцию и многое другое. Про Украину странности в других плоскостях, но точно не про оперативное искусство, тут они продемонстрировали то, что знает любой котик: сунул лапу в огонь — второй раз не надо. И не нужно говорить про совковых генералов — даже советские генералы понимали и умели не только в букварь военного искусства, но и в материи повыше. Но Бог с этими генералами, еще более странным выглядит то, почему армия-то с этим соглашается. Ладно рядовые — они обоссаны, замордованы и запуганы, но офицеры младшего и среднего звена почему? У них не появляется вопросов — элементарных, базовых вопросов, — что при фронте и театре более чем в 3000 км и направлениях, которые или плохо защищены, или уязвимы, выбирать, раз за разом, год за годом театр и направление, которое максимально защищено, — это, мягко говоря, целенаправленная стратегия уничтожить свою армию. Украинцы медленно отходили все эти годы назад, методично создавая новые рубежи и при этом уничтожая и перемалывая российскую армию. Глядя на эту половину миллиона убитых, закрадывается та самая мысль, о которой пишут некоторые зетники: что это не война, это жертвоприношение. Войной в подлинном смысле это действительно сложно назвать — потому что то, что делает Россия, ну, так просто не поступают же, даже вы не умеете воевать. Ведь если человек взял шпагу и начал сам себя ею тыкать, прокалывая руки и ноги, вы не скажете: ну, мол, он просто фехтовать не умеет — совки, понимаете ли... Кремль — это сотни человек, если совсем топы, и тысячи, если остальная обслуга, Генштаб еще, а также старшие и младшие офицеры — это десятки тысяч человек. И никому не приходила элементарная мысль, что нельзя армию уебывать в хлам и сжигать людей сотнями тысяч в лоб, прямо об укрепления врага? Единственный случай, который мы видели, когда кто-то пытался ливнуть с этой мясорубки жертвоприношения, — это Пригожин Женя и его вагнера. Чем все это закончилось — известно, но не ясно, почему другим с этим всем норм. И речь здесь не про человеколюбие, а про банальный утилитаризм — вам нужна же армия, экономика и техника — тем более если у вас есть амбиции. А у России они есть. Но Россия на всех парах несется в пропасть и не думает останавливаться, и ладно там руководство — долбоебы, но почему остальным с этим норм? История знает много войн — удачных и неудачных, оправданных и не очень, долгих и кровавых, быстрых и коротких, — но война, которую ведет сегодня Кремль, не просто тупая, бессмысленная и кровавая, она еще и максимально странная. Игаль Левин Подписаться