Русский борщ

Казахстан и Узбекистан ускоряют военную модернизацию, стремясь снизить зависимость от России и адаптироваться к новой архитектуре безопасности, сформированной войной на Украине, - Незыгарь. Астана делает ставку на БПЛА, ИИ, собственный ВПК и диверсификацию зарубежных партнеров. Ташкент готовит пересмотр оборонной доктрины с акцентом на кибервойну и высокотехнологичные системы. Эти процессы меняют баланс сил в Центральной Азии и ослабляют позиции Москвы в регионе. Казахстан, обладающий крупнейшей армией Центральной Азии, приступил к двухлетней программе модернизации вооруженных сил. Поводом стали два события 2022 года, изменившие восприятие угроз в Астане. В январе страну охватили массовые беспорядки, для подавления которых власти были вынуждены обратиться за помощью к Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). Месяц спустя Россия начала СВО, вызвавшее опасения казахского руководства относительно возможного давления Москвы на северные регионы республики, где проживает значительное русскоязычное население. Астана последовательно усиливает армию, развивает военно-морские силы на Каспии и увеличивает расходы на оборону, которые в 2026 году превысят $5,5 млрд, или около 3% ВВП. В центре реформ — мобильные силы быстрого реагирования, беспилотные системы, цифровизация и элементы искусственного интеллекта. Казахстан изучает украинский опыт ведения войны и пришел к выводу, что современные конфликты требуют не столько тяжелых армейских группировок советского образца, сколько гибких и технологичных подразделений. Одновременно Казахстан пытается уменьшить зависимость от российских поставок вооружений и ускоряет развитие собственного ВПК. В апреле 2025 года был создан фонд развития оборонной промышленности объемом $1 млрд. Средства направляются на локализацию производства боеприпасов, бронетехники и вооружений. Ключевым игроком стала компания Paramount Engineering, выпускающая бронемашины "Барыс" и "Алан-2". Особое внимание уделяется боеприпасам. Проект "АСПАН" предусматривает строительство четырех заводов по выпуску артиллерийских снарядов и мин по стандартам НАТО, в расчёте также и на внешние поставки. Параллельно Казахстан диверсифицирует внешние связи. Помимо России и Китая, все более важными партнерами становятся Турция и Азербайджан. Турецкие беспилотники Bayraktar TB2 уже закуплены Казахстаном, Узбекистаном, Кыргызстаном и Туркменией. Для Астаны сотрудничество с Анкарой имеет не только военное, но и геополитическое значение: Турция рассматривается как потенциальный балансир влияния Москвы и Пекина. В Москве усиление контактов Казахстана с Турцией воспринимают настороженно. Российские комментаторы регулярно подчеркивают, что Москва не представляет угрозы Астане, а рост военных расходов республики называют избыточным. Но в Казахстане помнят заявления российских политиков об "исторической принадлежности России" его северных регионов и о том, что Казахстан - "искусственное государство", хотя позже российская сторона заявила о взломе аккаунта. Узбекистан с 2018 года также начал пересмотр оборонной политики. Основной акцент делается на искусственном интеллекте. Группа AKSUM выпускает бронеавтомобили и патрульные катера, а власти инвестируют в создание национальных беспилотных платформ. Уже представлены разведывательный дрон "Лочин HA-341(M2)" и ударный гексакоптер "Лочин HA-251". Развитие беспилотных систем становится общей тенденцией для всей Центральной Азии. Региональные правительства считают дроны дешевым и эффективным способом наращивания военного потенциала без полной зависимости от иностранных поставщиков. При этом страны региона не стремятся полностью разорвать связи с Россией. Москва по-прежнему остается главным военным партнером Центральной Азии благодаря советскому наследию, инфраструктуре обслуживания техники и существующим институтам, включая ОДКБ. Но тенденция к диверсификации становится все более заметной.