Лев Вершинин

Начало здесь. 3. Как относился дон Эрнандо к доне Марине, можно судить по тому факту, что для их сына, дона Мартина он исхлопотал (аж через Папу) статуса "законного", и дон Мартин, уехав в Испанию, умер через много десятилетий в чине генерала и с титулом маркиза. 4. Ни о каком "бросил" и речи нет. Расставаясь (причины лишь им ведомы), Эрнандо предложил Марине выйти замуж (по ее выбору) за любого из его офицеров, просивших ее руки, и далее всю жизнь сеньора де Харамильо жила в статусе дворянки высокого ранга. 5. До сих пор в сказаниях юга Малиналь воспевается, как образ героини, избавившей свой народ от жестокого ига, а термин "малинчизм" - это уже изобретение XIX в., когда тамошняя буржуазная интеллигенция изобретала "национальный миф". 6. Именно в рамках этого мифа в Мехико и стоит памятник предпредпоследнему (не последнему) тлатоани Монтесуме, трусу и капитулянту, а могилы доны Марины таки нет, ибо она умерла во время эпидемии оспы и упокоилась в общей "оспенной яме". 7. А что до Перу, так там было не "что-то такое", а кровавая гражданская война, в ходе которой северяне бастарда Атауальпы учинили массовую резню. И люди Писарро всего лишь выступили на стороне "легитимистов", признавших суверенитет Испании. Вот как-то так. Разумеется, этот текст я написал, заручившись разрешением Романа. И нет, я не спорю с его версией. Но, согласитесь, есть нюансы, и эти нюансы важны...