Впервые с 22 года побывал в Тбилиси. Тогда — мы ездили навестить только эмигрировавших друзей. Сейчас — передаю привет моей подруге, куратору Соне Симаковой, которая пригласила меня на свою, очень нежную и полную любви, свадьбу с Артуро Галансино, директором флорентийского Палаццо Строцци. Но так как psycho daily не «Соловей», то позволю себе поделиться, скорее личными впечатлениями от Тбилиси, чем свадебными. Что я помню из Тбилиси 22-го года? С одной стороны — понятно какие флаги, понятно какие митинги, понятно какие графити, полное нежелание грузин говорить на русском и так далее и тому подобное. С другой — толпы эмигрантов, дикие треды про их полиаморную и чумазую жизнь, неустроенность, неизвестность, вечеринки так называемых «соевых» детей и так далее и тому подобное. В Тбилиси 26-го все еще есть какое-то количество графити, а в гостинице Stamba запрещают петь на русском, но меняются флаги, вечеринки теперь пропалестинские и одновременно чаще слышится русская речь из уст грузин. Активные и молодые тбилисцы переключили внимание на более дальные войны и осмысляют свое вынужденное отдаление от Евросоюза. Сам город стремительно застраивается премиальным жильем и очень модными гостиницами. Даже в отдаленном от центра районе Диди Дигоме, где живут мои братья, очень и очень много строек. У русских о былом дискурсе напоминает только иноагент Илья Красильщик с наставлениями о том, как жить и работать в современной России, да какое-то количество тех же карикатурных «соевых», разом похожих на другого иноагента — Светова. Большая часть эмигрантов отправилась покорять другие города и страны, а те кто остался — делают бизнес для других русских и немного грузин, но об этом ниже. Не знаю, получилось ли у Тбилиси стать международным креативным хабом, я слишком мало времени пробыл для этого в городе. В той же «Стамбе» иностранная речь, конечно, слышна, но русских туристов здесь в разы больше, чем путешественников из других стран. А сейчас немного побуду Ксенией Собчак. Дешево в Тбилиси только такси, но за три дня нам несколько раз попадались недовольные на ровном месте водители с неприятным поведением. Четыре греческих йогурта, два творога, три бутылки воды и связка бананов в местной «Азбуке» обошлись в 1800. Простые бутерброды с курицей и говядиной и средний латте в «Маке» — 1000. Шакшука, в модном баре Lolita приближается по цене к московской из Mina, только приготовлена в десятки раз хуже. В титульных тбилисских местах — Shavi Lomi или Veriko — элементарного заказа приходилось ждать до часа. Есть ощущение, что все тебе делают одолжение, хоть им и неприятно и неохота. У русских бизнесов с сервисом, ожидаемо, все отлично. В Ratto Bistro, месте, открытом создателями Underdog, куда мы успели за поездку сходить три раза, угощали десертами, находили место, если не было брони стола, быстро несли заказ. В модной булочной Pulp тоже справлялись со всем без труда, хотя с первых минут работы, кафе набивалось гостями под завязку. В районе Ваке мы случайно забрели в яично-завтрачное место Sash (как марка одежды из нулевых) — одна из лучших шакшук, что я ел. Не сходил в местный World Class, откуда постит фото основатель Ratto Паша Косов. Жалею. Мне понравились: ботанический сад Тбилиси с каскадами кустов сирени, винный бар в «Стамбе» с миллиардом сортов органического вина, все утопающие в зелени скверы, маленькие кофейные палатки «на один укус», завораживающе красиво отремонтированная Национальная галерея Грузии (пропустили в тот приезд) и выставка Пиросмани в ней, парк Ваке в утреннем тумане, павильон канатной дороги от проспекта Руставели к Мтацминде, европейские цены на Comme des Garçons Parfums, ассортимент в «Заре». Отдельно расскажу, что художники Костя Бушманов и Владимир Ваненков открыли крутую галерею Soooon Space. И вокруг них собралось дико симпатичное сообщество молодых художников и просто классных ребят. А еще — всегда люблю оказываться в путешествии с фотографом Сашей Мадемуазель. И в этот раз хорошо проводили время с гест-менеджером Сережей Нестеренко. Все.