PRRRONINA пишет😈

Ну, что же я сходила на выставку «Текстоцентричность» в САХ и я была так возмущена, что решила взять паузу в два дня и переждать. Нет, меня не отпустило. Рассказываю. Изначально было понятно, что помещение САХ не предназначено для выставок от слова совсем, максимум для камерных разговоров о всяких специалитетах, например о шрифтах, артефактах, иллюстрации. Но институция коммерческая и требует самоокупаемости, аудитория узкая и ей нужно предлагать событийную часть. Делать выставки. И у Алины Зори получалось соблюсти баланс между возможностями помещения и смысловым наполнением проектов. Произошла смена кураторов и Семен Некрасов решил, что «А не замахнуться ли нам на Вильяма нашего Шекспира???» А вот не надо было …. Замахиваться. Выставка посвящена нашему русскому всему – тексту. Это самое самобытное направление в российском уличном, самое яркое, самое умное и самое сложное для показа. Текстовые пассажи почти никогда не срабатывают вне контекста, то есть без города. Как искусствовед я обожаю российское текстовое, я могу проследить преемственность и в литературе и в программных текстах футуристов, найти истоки современного в советском андеграунде: «Коллективные действия», Рыбаков и Волков…Булатов. «Выставка “Текстоцентричность” прослеживает традицию текста в городском искусстве и показывает, как его роль меняется сегодня. Стены городов давно стали местом для разговора — иногда серьезного, иногда ироничного, а порой даже провокационного. Новая выставка «Текстоцентричность» покажет, как художники используют текст в уличном искусстве — от коротких философских высказываний до экспериментов поэтов-футуристов с буквами и их формой. В диалоге поколений сойдутся современные уличные авторы и художники, которые исследовали возможности текста в XX веке». Читаем мы в кураторском тексте и недоумеваем. Почему притянут за уши Кабаков. Если им вдохновлялись художники Абих и Базелевс, это не значит, что можно его просто так впихнуть в экспозицию с ними рядом…несоразмерные немного уровни талантов. Где Булатов? Вот он явно гораздо больше подходит для некой иконы и даже сам создавал паблик-арт. Да, на старости лет, но, было. Кабаков – это Кабаков, если мы хвастаемся источниками вдохновения, почему мы игнорируем столпов русской литературы? Несите всех. Где Рыбаков и Волков, с которых вообще началось протестное уличное искусство в России. Почему нет фотофиксации «Вы распинаете свободу, но душа человека не знает оков» размером два на два метра в центре зала? То есть Тиму Радя мы наблюдаем в таком количестве, что мне показалось, что я на несанкционированной персоналке, а его же оммаж Рыбакову этого года мы не повесили. Страшно. Конечно, страшно. Рыбакову с Волковым тоже страшно было. Если страшно, не надо кастрированные выставочные проекты делать, делайте про другое. Теперь про «диалог поколений», нет его этого диалога. То есть Бурлюка на выставку занесли, а вот проект «Это знак» и пермяк Milkev отсутствуют как явления. А ведь куратор нам прямо обещает историческую ретроспективу, где она? Где она кураторская аналитика, как мы от Маяковского, Булатова и Рыбакова пришли к «Не ищу идеальный город. Я уже был в Питере». И не надо говорить мне про «уровень искусства» и «кураторский отбор», если претендуете на диалог поколений, зумеров права не имеете игнорировать. Они есть и их подход к тексту на улице требует отдельного разговора и показа. Но куратор выбирает показывать то, что ему нравится. И это тоже имеет место быть, но тогда после слова «текстоцентричность» в названии надо было поставить двоеточие и раскрыть для недалекого зрителя нюансики. «Текстоцентричность. Как видят ее мои друганы». «Текстоцентричность. Выбор Семена». «Текстоцентричность. В джазе только уличные бэдбои». Об этом отдельно. Судя по лайнапу, женщины еще не освоили букварь и с текстом не работают вообще никак. В анонсах у нас вообще только мужчины и многоточие. Девочки, многоточие – это мы. Новую этику заткнули Ирой Иониной, единственной женщиной на выставке. Больше нет никого. Зато есть Никита Dusto, который вообще с текстом особо не работает, но нам принесли и показали, видимо, единственную его работу с буквами, которая не граффити. Где Люба Лисицина, Шум розовый, Анна Михеева, Серафима Бучинская? Один только памятник Лисициной стоит трети того, что я наблюдала на этой выставке. Но его нет. Быть куратором сложно, у куратора должна быть этика, самокритика, умение видеть ситуацию со стороны и делать выводы, иногда, неприятные. Надо уметь трезво оценивать возможности площадки, историческую ситуацию, свои возможности как куратора. Я могла бы промолчать, у нас вообще арт-критика схлопнулась. Но я занимаюсь стрит-артом больше 7 лет и его текстоцентричностью искренне увлечена и вдохновлена. Но я не вижу пока для себя возможности сделать проект об этом. Нужен бюджет в десятки миллионов, талантливый архитектор, Мраморный дворец, как площадка, а еще исследование длинной минимум в полгода с интервью, опросами, архивацией и мучительными поисками, как же это правильно показать и рассказать. А, забыла, смена исторической обстановки тоже нужна, ведь, говорить о тексте в российском уличном можно только без цензуры. P.S. Семену Некрасову все это сказала лично.