Православная политика

Прощение - жертва смирения История грехопадения и изгнания из рая всегда вдохновляла творцов, от Мазаччо и Рубенса до Пушкина и Бродского. Эта трагедия лежит в основе всего зла, насилия и несправедливости, которые сопровождают человечество на протяжении всей его истории и проявляются в наши дни. Адам, получив от Бога всего четыре заповеди, нарушил одну из них, вкусив плод от древа познания добра и зла. Как пишет святитель Иоанн Златоуст, Адам уже знал, что такое добро и зло. Было бы кощунством полагать, что Бог позволил человеку приобрести способность различать добро и зло через грех. В библейском контексте слово «знать» означает «стать», то есть, нарушив Божью волю, в Адаме поселилось зло, и он обрел навык его совершать. Однако, по мнению Златоуста и Григория Богослова, заповедь не вкушать от древа познания добра и зла была заповедью поста. Бог мог бы разрешить Адаму есть и от этого древа, если бы тот принес Ему жертву. Святой Ефрем Сирин утверждает, что Адам был создан как первосвященник и должен был принести в жертву смирение. Но сатана, совратив прародителей обещанием стать подобными Богу, спровоцировал их на желание божественности, еще не будучи полноценными людьми. Вкусив плод без должного смирения и не будучи готовыми, они не стали равными Богу, но познали собственную бренную природу и утратили полученные духовные дары. Ощущение стыда из-за наготы ярко передает внутреннюю пустоту и лишенность, охватившие наших прародителей. Это отразилось в вопросе Бога: «Где ты?». Господь, зная, где находится Адам, хотел не столько узнать его местоположение, сколько побудить задуматься о том, кем он был и кем стал – это был вопрос о его внутреннем состоянии. Бог предлагал Адаму покаяться. Однако вместо раскаяния человек начал обвинять Бога, ссылаясь на жену. Вместо того чтобы самому принести жертву, человек обвинил Творца и потребовал жертвы от Него. В этом и заключается главная беда: найдя Адама, Бог был готов простить, но отношения прервал сам человек. Жизнь с Богом стала для него в тягость, и Бог изгнал его не из гнева, а потому, что такая жизнь стала бы для Адама мучением. Святая Церковь напоминает нам о необходимости прощения, поскольку злоба в уме и сердце превращает нашу жизнь в муку. Сегодня, когда многие незнакомые люди будут просить прощения, а мы – у них, стоит вспомнить древнюю традицию, введенную монахами. В прежние века, уходя на Великий пост в уединение, монахи прощались друг с другом перед расставанием, понимая, что могут больше не увидеться. Однако сегодня легко сказать «прости» незнакомцу. Но как быть с серьезными обидами: убийством ребенка, насилием, кражей? В таких случаях стоит подойти с противоположной стороны и осознать, что обиды мучают прежде всего нас самих. Обида связывает нас с обидчиком очень прочной, порой более сильной, чем любовь, связью. Но простить не значит забыть. Христос, молясь за распинателей на Кресте, не говорит, что они хорошие люди. Господь не требует от нас симпатий к убийце или вору. Прощая, мы не забываем о преступлении, но «прощаем человека в преступнике». И делаем это не ради него, а ради себя – чтобы остаться человеком, чтобы образ врага в нашем сознании не вливал в душу ненависть. В конечном итоге, прощение – это жертва смирения. Необходимо перестать спрашивать у Бога «почему?» и обвинять Его, перестать быть потребителями смыслов. Следует однажды почувствовать себя потерявшимся ребенком, который держит руку Отца, и в молитве сказать: «Я не могу простить, я слишком слаб. Возьми мой гнев». #Руслан_Калинчук