Пророк России

В продолжение темы разговора о ситуации в нашей экономике. Попытка Центробанка «охладить» инфляцию, вызванную колоссальными вливаниями бюджетных средств в путинскую СВО, превратилась в затяжной спад инвестиционной активности в гражданском секторе экономики. При ключевой ставке 14,25% годовых по состоянию на июль 2026 года (ранее достигавшей 21%) и средней рентабельности бизнеса не более 10–12%, кредиты стали фактически недоступны. Опрос ИНП РАН среди 145 предприятий показал, что доля компаний с действующими инвестпроектами сократилась в 1,5 раза – до 45% в апреле-мае 2026 года, указывая на остановку развития ключевых секторов, так как у предприятий нет капитала на закупку современного оборудования, научные разработки (НИОКР) и модернизацию производства, что закрепляет технологическое отставание России от мировых лидеров. Глава ЦБ РФ Э.Набиуллина цинично возложила ответственность за низкую эффективность экономики на бизнес, указав на скромный рост производительности труда всего на 8% в 2021–2024 годах при увеличении инвестиций почти на 38%. Однако регулятор сознательно игнорирует характер этих вложений, оправдывая жесткую монетарную политику. На деле, миллиарды рублей направлялись не на расширение производств и внедрение технологий, а на попытки бизнеса удержать экономику от окончательной остановки после ухода западных партнеров вследствие санкций. Стоит отметить, что разрекламированный властями «инвестиционный бум» 2021–2024 годов оказался фикцией, предприятия направляли средства не на развитие, а на экстренное закрытие технологических и производственных пробелов. Чтобы заменить отключённое западное ПО и оборудование, заблокированное санкциями, заводы были вынуждены закупать китайские и российские аналоги, уступающие по качеству, сложные в интеграции и значительно дороже из‑за логистики. В результате огромные капиталовложения лишь удержали выпуск продукции на прежнем уровне, а к 2026 году ресурсы иссякли, и 55% предприятий заморозили инвестиционные программы. В условиях жёстких санкций и утраты премиальных рынков российские предприятия столкнулись с отсутствием реального внутреннего спроса. Невыгодный курс рубля одновременно бьёт по экспортёрам и доходной части бюджета, лишая население и смежные отрасли свободных средств. Даже при наличии ресурсов для закупки нового оборудования заводы упираются в ограниченность внутреннего рынка: производить больше бессмысленно, так как товар некому продать.