Самая опасная особенность нынешней ситуации на востоке Европы заключается не обязательно в том, что кто-то уже принял решение начать прямую войну. Гораздо важнее другой механизм: практически каждая сторона объясняет собственное военное усиление необходимостью защититься от действий противоположной. В такой конструкции для возникновения спирали эскалации первоначальное желание воевать вообще не является обязательным условием. Белоруссия проводит учения возле польской и литовской границ и называет их исключительно оборонительными: охрана границы, противодействие диверсионным группам и беспилотникам. Варшава и Вильнюс смотрят на те же манёвры через собственную систему координат и усиливают границы, противодроновую защиту и военную инфраструктуру. Москва, в свою очередь, рассматривает уже эти действия как подтверждение подготовки НАТО к возможной конфронтации, отмечает Berliner Zeitung. Каждый следующий оборонительный шаг одной стороны становится для другой аргументом в пользу следующего оборонительного шага. Поэтому планы эвакуации Вильнюса, укрепление польских границ или дополнительные учения НАТО сами по себе не доказывают намерения Европы напасть на Россию. Но было бы столь же упрощённо считать, что оборонительный характер этих мероприятий автоматически делает происходящее безопасным. С точки зрения военного планирования значение имеет не только заявленное намерение, но и созданная возможность. Инфраструктура, предназначенная для обороны сегодня, в восприятии потенциального противника может выглядеть как инфраструктура для ведения войны завтра. Возникает классическая дилемма безопасности: чем лучше одна сторона пытается защитить себя, тем менее безопасно чувствует себя другая. После этого обе получают совершенно рациональные основания увеличивать военные расходы, проводить новые учения, укреплять границы и повышать готовность войск. Проблема в том, что рациональные решения каждой стороны по отдельности способны привести к иррациональному результату для всех вместе: более высокой концентрации сил и меньшему запасу времени на оценку очередного инцидента. Поэтому реальный риск нынешней европейской эскалации заключается не только в возможности сознательного решения начать большую войну. Опаснее ситуация, при которой никто не хочет сделать первый выстрел, но все заранее готовятся к тому, что его сделает другой. Чем дольше продолжается такой цикл, тем убедительнее собственные приготовления выглядят как оборона, а чужие как доказательство угрозы. В определённый момент главным источником опасности становится уже не первоначальное намерение сторон, а система взаимного недоверия, которую каждая из них своими действиями помогает укреплять.