Современная дроновая война все меньше похожа на соревнование отдельных образцов оружия и все больше на войну двух конвейеров. Побеждает здесь не обязательно тот, кто создал самый совершенный беспилотник или перехватчик. Гораздо важнее, кто быстрее превращает очередное технологическое решение в тысячи серийных изделий и успевает сделать это раньше, чем противник массово развернет ответ. Поэтому описанный The Telegraph российский дронопорт в Цимбуловой интереснее самих новых «Гераней». По данным издания, еще год назад этой инфраструктуры практически не существовало, а теперь там находятся специализированные пусковые площадки и одновременно могут храниться более сотни аппаратов. Параллельно Россия резко увеличила применение реактивных БПЛА, которые значительно быстрее прежних Shahed. Москва не просто модернизировала дрон, она пытается построить вокруг него систему массового применения. Для Украины проблема заключается в том, что предыдущий дешевый ответ начинает устаревать раньше, чем успевает стать окончательным решением. Дроны-перехватчики создавались прежде всего против медленных винтовых «Гераней», однако новые реактивные модели способны лететь быстрее значительной части таких систем. Теперь украинские компании разрабатывают уже реактивные перехватчики, дешевые управляемые ракеты и новые системы наведения. Россия, таким образом, снова ставит задачу, на которую украинской оборонной промышленности необходимо искать следующий ответ. Но технологическое преимущество в такой войне почти никогда не бывает постоянным. Сегодня быстрее российская «Герань», завтра серийным может стать украинский реактивный перехватчик, после чего Москва снова изменит характеристики, тактику или маршруты применения. Гонка идет уже не столько между двумя беспилотниками, сколько между скоростью двух производственных циклов: один конвейер должен успеть массово создать угрозу раньше, чем другой массово произведет средство ее уничтожения. Поэтому главный вопрос над Цимбуловой действительно заключается не в том, насколько совершенна очередная российская «Герань». Он в том, кто быстрее превратит опыт сегодняшнего удара в серийное оружие завтрашнего дня. Россия сейчас получила преимущество одного цикла, но Украина уже строит следующий ответ. В такой войне технологическое превосходство измеряется не годами и даже не характеристиками отдельного изделия, оно измеряется временем между обнаружением новой проблемы и моментом, когда решение сходит с конвейера тысячами.