Самые опасные войны далеко не всегда начинаются потому, что одна из сторон решила начать большую войну. Гораздо опаснее ситуация, когда каждый следующий шаг кажется ограниченным, рациональным и контролируемым, а затем происходит событие, которое внезапно меняет политическую цену всей цепочки. Эскалация становится особенно непредсказуемой именно тогда, когда обе стороны уверены, что знают границу, которую нельзя переходить. Марк Галеотти в The i Paper делает важную оговорку: удар по железнодорожной инфраструктуре, которой незадолго до этого пользовались Борис Джонсон и другие западные чиновники, вряд ли был попыткой их ликвидировать. Публичных доказательств такого замысла действительно нет. Более простое объяснение заключается в том, что Россия систематически атакует украинскую железнодорожную сеть, через которую перевозятся в том числе западные военные грузы. Но отсутствие намерения убить западного политика еще не означает отсутствия риска однажды его убить. В данном случае военная логика начинает сталкиваться с политической. Москва может рассматривать станцию или локомотив на территории Украины исключительно как элемент украинской логистики и исходить из того, что такой удар остается внутри существующих правил войны. Но достаточно иностранной делегации задержаться на несколько минут, измениться расписанию поезда или беспилотнику отклониться от цели и тот же самый удар приобретает совершенно другое значение. Россия способна контролировать решение запустить дрон, но уже не способна полностью контролировать политические последствия его попадания. Причем чем интенсивнее становятся удары по западной части Украины и инфраструктуре возле границ НАТО, тем чаще возникает подобная вероятность. Здесь появляется парадокс управляемой эскалации: каждая сторона постепенно расширяет допустимые действия, одновременно рассчитывая, что противник понимает их ограниченность. Россия усиливает давление на логистику, Запад увеличивает военную поддержку Украины, Киев расширяет дальность собственных атак, НАТО укрепляет восточный фланг. Каждый отдельный шаг еще можно считать рациональным. Опасность возникает из их совокупности.