Пруф

@proof24_ua · news · Russian · active

Subscribers 142K Subscribers, last 30 days: 148K → 142K −1K 24h
Reach per post (ERR) 32.4%46K avg views
Posting 29.4/day last 8 hours ago
Reactions per 1K views 0.0

Союзничество редко означает полное совпадение интересов. Государства могут одинаково определять противника и одновременно совершенно по-разному оценивать допустимую цену борьбы с ним. Пока последствия выбранной стратегии несет преимущественно противник, противоречие почти незаметно. Оно возникает тогда, когда часть этой цены начинает возвращаться к союзникам. Именно такую границу сейчас обнаруживает украинская кампания против российской энергетической инфраструктуры. Показательна реакция рынка, которую фиксирует Bloomberg: после заявления Дональда Трампа о том, что Россия и Украина якобы согласились прекратить взаимные удары по энергетике, рост фьючерсов на дизель замедлился. Окончательного соглашения, судя по последующим заявлениям Киева, пока нет, однако рынку оказалось достаточно самой перспективы прекращения атак. Это означает, что удары по российской нефтепереработке перестали восприниматься исключительно как двусторонняя российско-украинская проблема и стали одним из факторов более широкого энергетического риска. Для Киева российский НПЗ остается логичной целью: его поражение увеличивает экономические и логистические издержки России относительно небольшими средствами. Но для Вашингтона тот же объект существует уже в другой системе координат. Рост стоимости дизеля увеличивает расходы перевозчиков и бизнеса, постепенно переносится в цены товаров и становится особенно чувствительным перед промежуточными выборами. Причем украинские удары являются далеко не единственной и, вероятно, не главной причиной нынешнего энергетического шока: огромную роль играет кризис на Ближнем Востоке. Однако Белый дом способен значительно легче повлиять на действия Киева, чем быстро изменить ситуацию в Ормузском проливе или на всем мировом нефтяном рынке. Отсюда и внешне странная ситуация, когда союзник Украины начинает ограничивать один из инструментов давления на Россию. Это не обязательно означает изменение отношения Вашингтона к Москве или отказ от поддержки Киева. Скорее проявляется обычная логика национального интереса: США заинтересованы в ослаблении российских возможностей, но не обязаны считать приемлемой любую цену этого процесса для собственной экономики. Для Украины эффективность измеряется ущербом российской нефтепереработке; для американского президента она заканчивается там, где этот ущерб начинает превращаться в цену дизеля для американского избирателя. В этом заключается фундаментальное ограничение любой коалиционной войны. Общий противник создает общий интерес, но не отменяет национальных интересов участников. И чем дольше продолжается конфликт, тем чаще эти две категории начинают расходиться. Союзники могут быть готовы помогать Украине наносить России ущерб, но это еще не означает готовности разделять все последствия этого ущерба. Поэтому одной из границ украинской военной стратегии постепенно становится не российская ПВО и даже не дальность беспилотников, а внутренняя политика государств, от поддержки которых сама Украина продолжает зависеть.

Views over time

020K40K14 Sep 19:5811 Nov 00:0340.2K14 Sep 19:58: 0 views11 Nov 00:03: 40,200 views
Snapshots we took after posting.
WhenViews
14 Sep 2026, 19:580
11 Nov 2026, 00:0340.2K

Who shared this post

Posts in other channels we index that link to this one. (Forwards with a hidden source can't be traced.)

Nobody yet.