Пруф

@proof24_ua · news · Russian · active

Subscribers 142K Subscribers, last 30 days: 148K → 142K −1K 24h
Reach per post (ERR) 32.4%46K avg views
Posting 29.4/day last 9 hours ago
Reactions per 1K views 0.0

Чем дольше продолжается война, тем сложнее объяснять ее обществу исключительно текущими политическими целями, картой фронта или ситуацией международной безопасности. Продолжительный конфликт постепенно требует истории, которая была бы длиннее его самого. Именно поэтому описанный Neue Zürcher Zeitung эпизод с отправкой на фронт фрагментов мощей Дмитрия Донского интересен прежде всего не как религиозный ритуал. Россия фактически отправляет на фронт не только реликвии, она мобилизует собственное прошлое для объяснения настоящего. Образ Дмитрия Донского для этой задачи почти идеален. Куликовская битва занимает особое место в российском историческом нарративе как символ объединения, сопротивления внешнему противнику и формирования будущего государства. Реальная история XIV века, разумеется, была значительно сложнее этой конструкции: русские княжества продолжали конфликтовать между собой, а уже через два года после Куликова войска Тохтамыша взяли и разорили Москву. Но политическая память редко воспроизводит историю целиком. Она выбирает из прошлого те эпизоды, которые позволяют настоящему выглядеть продолжением многовекового сюжета. Отсюда становится понятнее и сближение государственной риторики с религиозной. Когда нынешняя война помещается в один смысловой ряд с Куликовом, православием, защитой государства и противостоянием внешней угрозе, меняется сам масштаб ее восприятия. Солдату предлагается видеть себя уже не просто участником конкретной военной кампании XXI века, а звеном исторической цепи, существовавшей задолго до него. Современное политическое решение таким образом постепенно превращается в эпизод национальной истории, а текущие издержки получают объяснение через историческую миссию. Именно здесь полемика NZZ о роли Русской православной церкви затрагивает действительно важный процесс, хотя сама статья местами сознательно доводит его до сарказма. Государство получает от религии язык сакральной легитимации, церковь место внутри государственной конструкции и возможность влиять на общественное представление о войне. Это работает в обе стороны. Для продолжительного конфликта такая система особенно ценна, потому что оружие позволяет продолжать боевые действия физически, тогда как исторический и религиозный нарратив должен объяснять обществу, почему эти действия следует продолжать. Поэтому значение истории с мощами Дмитрия Донского вряд ли стоит искать в ее непосредственном влиянии на фронт. Гораздо интереснее то, какую функцию выполняет сам символ. У любой долгой войны постепенно возникает дефицит не только людей, денег и боеприпасов, но и убедительного смысла, способного оправдывать дальнейшие издержки. И когда настоящее становится слишком продолжительным и тяжелым для объяснения только сегодняшними аргументами, государство неизбежно начинает искать в прошлом историю, достаточно длинную, чтобы вместить в нее эту войну.

Views over time

020K40K60K80K11 Sep 19:5711 Nov 00:0370.7K11 Sep 19:57: 0 views11 Nov 00:03: 70,700 views
Snapshots we took after posting.
WhenViews
11 Sep 2026, 19:570
11 Nov 2026, 00:0370.7K

Who shared this post

Posts in other channels we index that link to this one. (Forwards with a hidden source can't be traced.)

Nobody yet.