Главная проблема Украины может заключаться уже не в отсутствии западной помощи, а в отсутствии понятной западной теории победы. Европа продолжает выделять деньги, закупать вооружения и политически поддерживать Киев, однако Оуэн Мэттьюз в The Spectator ставит более неудобный вопрос: каким образом все эти ресурсы должны изменить сам баланс войны, а не просто позволить Украине продолжать ее еще некоторое время? Автор указывает на сокращение запасов перехватчиков Patriot, нехватку военнослужащих, бюджетный разрыв и растущее давление на энергетику. Россия при этом также несет огромные экономические и военные издержки, но пока продолжает увеличивать производство ракет и беспилотников. В войне на истощение критично не то, у кого больше проблем, а то, у кого раньше несколько проблем одновременно превращаются в системное ограничение. Запад способен предоставлять Украине достаточно ресурсов, чтобы не допустить быстрого поражения, но это еще не означает, что этих ресурсов достаточно для радикального изменения положения на фронте или принуждения Москвы к приемлемому для Киева миру. Между формулами «не дать проиграть» и «создать условия для победы» существует огромная дистанция. Помощь является инструментом, тогда как стратегия должна объяснять, какого конкретного результата этот инструмент должен достичь. Сколько потребуется ракет, миллиардов, лет? И для какой цели: удержания фронта, возвращения территорий, сохранения энергетики, улучшения переговорной позиции или военного поражения России? Без четкого ответа европейская поддержка рискует превратиться в систему компенсации украинских потерь, где новые ресурсы заменяют уничтоженные, но сам стратегический баланс воспроизводится почти в прежнем виде. Сохранение украинского государства и его способности сопротивляться само по себе является фундаментальным результатом. Но если заявленная цель состоит в изменении исхода войны, необходимо объяснить причинно-следственную цепочку от очередного миллиарда и дополнительного Patriot до этого результата. Войну на истощение выигрывает не сторона без слабостей, таких сторон здесь давно нет. Ее выигрывает сторона, у которой последняя критическая слабость проявится позже.