Украина входит в очередную зиму фактически с двумя линиями обороны. Первая находится в воздухе: системы ПВО и запас ракет к ним. Вторая начинается уже после прилета: ремонтные бригады, трансформаторы, резервные мощности и способность быстро возвращать энергосистему в работу. Именно поэтому во время визита Владимира Зеленского в Канаду вопросы противовоздушной обороны и энергетики обсуждаются одновременно. Перехватить удар и восстановиться после него: теперь две части одной стратегии. Как пишет Associated Press, Зеленский сообщил о некоем «важном новом решении» Канады по украинской ПВО, не раскрывая подробностей, а Марк Карни одновременно пообещал дополнительную поддержку энергетической системе. Такая комбинация показывает и фундаментальную проблему: невозможно гарантировать перехват каждого средства поражения. Более того, сам Зеленский признает, что системы ПВО остаются глобально дефицитным ресурсом. Поэтому устойчивость страны начинает зависеть не только от процента сбитых целей, но и от того, что происходит с инфраструктурой после тех ударов, которые через оборону проходят. Отсюда возникает совершенно другая экономика воздушной войны. Для России существует стоимость производства и запуска очередной ракеты или беспилотника. Для Украины: стоимость перехватчика, а если его нет или он промахнулся, стоимость разрушенного оборудования, ремонта и времени простоя. Союзники фактически пытаются воздействовать сразу на обе части уравнения: ПВО должно уменьшать физический ущерб, а помощь энергетике сокращать последствия неизбежных попаданий. В войне на истощение важно не только сколько объектов противник способен разрушить, но и насколько дорого и долго приходится возвращать их в строй. Поэтому эффективность российской зимней кампании нельзя измерять исключительно количеством попаданий, как и эффективность украинской обороны, только количеством перехватов. Если поврежденный объект быстро восстанавливается, сеть перераспределяет нагрузку, а резервное оборудование заменяет уничтоженное, стратегический результат удара оказывается меньше его визуального эффекта. Но работает и обратная логика: если необходимые трансформаторы, генерация или ракеты ПВО становятся дефицитными, каждый следующий удар потенциально обходится дороже предыдущего, даже если внешне масштабы разрушений не меняются. Поэтому Канада в этой конструкции помогает Украине не создать непроницаемый воздушный купол (в современной войне это практически недостижимо), а сохранить способность системы переживать повторяющиеся удары. ПВО должно уменьшать количество разрушений, энергетическая помощь сокращать время их последствий. В конечном счете зимнюю кампанию может выиграть не тот, кто способен больше разрушить, а тот, кто способен дешевле и быстрее восстанавливать разрушенное.