Отец Игорь. Время Огня.

23 февраля 2021 года. Горно-лесная дорога, ведущая на перевал Дятлова. 12:00. Хотя утро Дня защитника Отечества было ясным, через несколько часов, пока у нас шла напряженная подготовка к выходу в направлении перевала, небо посерело, стало пасмурно и очень тихо. Я отдал должное уважение интуиции нашего командира. Он, вооружившись своей метеостанцией Kestrel, провел мониторинг погоды и сделал очень правильные выводы, хотя пик отрицательной температуры диктовал по логике обратное действие, то есть, отказ от выхода. Наш снегоходный караван в походном строю. Головная машина, а теперь уже по обычаю, это товарищ Памир и я, наши сани закреплены более чем надежно, должны выдержать подъем. «Буран» Игоря идет сразу за нами; Игорь все еще неважно чувствует себя, но никакие веления не заставили его остаться в избе. Еще «Буран» с позывным «Калинка», его пилотирует Евгений, сзади «Калинки» прицеп - большие белые металлические сани с ездовой площадкой нагружены доверху; Старший Прапорщик укротил пылкий нрав «Аццкого Сотоны» и крепко сидит на нем, исполненный уверенности и спокойствия. Вечером Старый Старший Прапорщик еще спорил, отрицал необходимость нашего сегодняшнего безумного броска на перевал, а сегодня утром молча встал и раньше всех пилотов подготовил своего «Сотону» к поездке. Далее идут снегоходы Сергея Михайловича, вместе с ним едет Алексей Стич и Саши - у его машины нет второго кресла и для пассажира приконтрован мой огромный спальный мешок, на котором восседает оператор Дамирыч. Операторы держат свои камеры наготове, но бережно хранят их пока за пазухой, под всеми слоями одежды. «Толщинка» Коляскина это не только камера, а еще и бутылка шампанского, которую доверил донести до победной минуты Иван Васильевич. Коляскин едет на снегоходе, за спиной пилота сидя задом наперед - ему нужны только самые лучшие кадры. Дамирыч восседает на синей подушке спальника в такой же позиции. Вот Ян Иваныч на своем «домашнем» рычащем «снежике», как всегда невозмутимый, неутомимый и настроенный позитивно на любые испытания, кроме голодовки. За его спиной уютно устроен министр культуры, сидит и крутит головой в своем белом шлеме, а спиной провалился к волшебному кофру-багажнику с припасами. Вчера решали состав экипажей. Иван Васильевич хотел «назначить» Бетехтина вторым к Сергею Михайловичу, но Алексей Валерьевич кротко и коротко отверг командирскую директиву. Еду с Яном, таковы были слова министра, потому что я еду только с Яном. Дальнейшая дискуссия была бы неуместной, это поняли все. Крымчанин Володя, впервые взявшийся за руль снегохода и сразу освоивший технику до уровня профессионала, вон он, надел шлем, протирает подернутые инеем ездовые очки. Командир не впереди и не позади, а повсюду. Его горный снегоход как всегда летает вдоль движения нашей колонны, бешено вздымает снег, пару раз Иван Васильевич уже валился на крутом вираже набок, но это были секундные задержки для такого ездока как наш командир. А кто же остался на базе, зададите вопрос вы, мои дорогие читатели. Только наши баулы, рюкзаки с тем, что бы не пригодилось для одной ночи на перевале. Покидая избу наш дорогой министр-десантник закрепил на стене флажок с эмблемой прославленных «Войск Дяди Васи» и громко сказал: -За ВДВ! Пусть флаг избушку охраняет! Изрекши это пророчество он взобрался довольный своей находчивостью на снегоход Яна и опустил забрало своего шлема. Мы ехали не быстро, но споро и скоро достигли первой точки, где позволили себе встать на краткий отдых - это была совсем крошечная и нежилая избенка в тайге, стоявшая в паре метров от пробитого до нас путика. Вокруг стояла невероятная тишина. Ни одна веточка, ни одна иголочка на вековых деревьях - ничто не шелохнется, не скрипнет, не зашуршит. Путик проложен в таком глубоком снегу, что обочины выше пояса человека и мчатся по этому туннелю себе дороже, уйдешь в сторону неверным маневром и засадишь снегоход, поэтому скорость движения невелика.