Отец Игорь. Время Огня.

Манси! Я нескромно впиваюсь взглядом в лицо Валерия, он немного смущенно отступает, подходит Иван Васильевич и они с Валерием заводят спокойный и обстоятельный разговор. Я слышу, что Валерий вызвался сопроводить нашу колонну до реки Малая Тошемка, переправившись через которую мы встанем на прямой путь в направлении перевала Дятлова. Валерию страсть как интересны и наш автопоезд, и наш армейский вид, но он тщательно скрывает эмоции, играет, показывает всем видом, что и не такое видал. Он настроен скептически по отношению к возможностям бронированных машин, качает в разговоре головой, высказывая явное сомнение в успехе затеянного нами дела, пытливо спрашивает про снегоходы - сколько их, какие, можно ли посмотреть. Снегоход для манси есть «транспорт жизни», важнейшая утилитарная вещь. «Буран», корыто-волокуша, ружье, переносной бензиновый генератор-«дырчик» - это предметы первой необходимости, без этого никак в глухой тайге Северного Урала. Командир машет рукой, я с улыбкой вспоминаю строки так любимого мною Александра Твардовского: «И с опушки отдалённой Из-за тысячи колёс Из конца в конец колонны: «По машинам!» – донеслось. И опять увалы, взгорки, Снег да ёлки с двух сторон… Едет дальше Вася Тёркин, — Это был, конечно, он.» Увалов и взгорок на дороге было с лихвой. Снега и елок еще больше. Мы покинули Вижай. Теперь перед нами только километры и километры тайги, горы, реки и полное отсутствие цивилизации. Есть, конечно, еще Ушма на пути, поселочек, где обитают несколько семей манси, но он сейчас останется в стороне от нашего маршрута и будет местом остановки только на обратном пути. Начавшийся день обещал быть солнечным. Мы расположились на сиденьях «вахты» со всей вальяжностью, вели неспешные разговоры, Ян достал домашние заготовки - копченую лосятину, необыкновенно вкусную колбасу. Бетехтин добавляет к этой духовитой «красоте» сало и ломтики черного хлеба. В группе не мальчики, а мужи, знают толк и прок в жизни, охулки на руку не положат. Вот и луковицу чья-то рука добавляет из прихваченного «тормозка». Это уже не перекус, а пиршество. Министр и Сергей Михайлович деловито нарезали пласты и кружочки, источавшие неповторимый аромат, а вся честная компания с благодарностью принимала эти дары. Командир, отрешенно-сосредоточенный сидел в кабине, рядом с водителем, чарующие запахи до него не доходили, он держал в объятиях свой любимый термос с чаем, одетый в арктический чехол; чай дымился в пластиковой крышке-кружке, Иван Васильевич поминутно втягивал коричневую жидель и изучал какой-то документ, лежащий у него на коленях. Тяжело идут «Уралы». Движки работают с надрывом, на пределе. Колонна вязнет в глубоком снегу, машины отчаянно буксуют, наконец, вырываются из плена сугробов и ползут дальше. По сторонам редколесье, пейзаж пустой и унылый. Обгорелые остовы деревьев это следы пожара десятилетней давности, сожравшего все на своем пути. Мы сейчас, конечно, нехорошо делаем. Машины мощными скатами превращают покрытую следами снегоходов широкую просеку-дорогу в реку перебаламученного снега. Снегоходчик, который решит встать на путик после нас, будет костерить нас последними словами (так и было), его ползун просто не пройдет здесь ровно, будет валиться на бок, утыкаться в снег, застревать. Набив рот домашними деликатесами, стоя в полный рост и пружиня ногами в переваливающейся с боку на бок машине, товарищ Памир начинает «ванговать». -Ох, чувствую втухнем мы на перевале! - он зажмуривается или закатывает глаза на особо мрачных моментах прогноза. Памир снегоходчик со стажем, вопросов нет. Они с командиром, с Сергеем Коляскиным, со Старым Прапорщиком ходят уже не первый год, побывали и на плато Мань-Пупынер, именуемом в просторечии «Пупами», совершили очень сложное по категории путешествие на Приполярный Урал. -Ты же говорил, что поездка на перевал это «маршрут выходного дня»? - едко напоминает Памиру министр. -Это Иван Васильич так сказал, - отвечает Памир осклабившись, - а я говорю, что вы с отцом Игорем точно втухнете! -Тебе лишь бы втухнуть, - с усмешкой говорит Коляскин. Отчасти, Памир справедлив в своих опасениях.