Отец Игорь. Время Огня.

Так вот, сидя в теплой машине, находясь в состоянии, которое дервиши называют «чилля» - «отдохновение», убеждая меня в отсутствии необходимости пускаться в авантюру экспедиции на перевал Дятлова, министр культуры Челябинской области Алексей Валерьевич Бетехтин отправлял пресс-секретарю министерства фотографии, которые были сделаны во время тренировочного выхода. И фотографии были очень годными, что вызывало у пресс-секретаря немалую профессиональную радость. Побудительные отзывы - «Бомба!», «Класс!», только подбадривали прянувшего к жизни от тепла и капучино Алексея Валерьевича и он, продолжая уверять себя и меня в том, что нашего участия в походе не будет, параллельно давал распоряжения относительно публикаций «бомбезных» фото, утверждал сроки проведения пресс-конференции нашей группы и креативно правил тексты, вышедшие в понедельник и рванувшие новостные ленты. «Министр культуры и священник отправятся на перевал Дятлова», «Челябинские экстремалы собираются пролить свет на тайну трагедии, произошедшей много лет назад в горах Северного Урала», «Колонна бронированной техники доставит бывших спецназовцев на перевал Дятлова» - это была только верхушка медийного айсберга областных СМИ. Потрясенный неожиданным поворотом событий я позвонил министру и спросил, не совершил ли он какую-то ошибку, не поспешил ли, хорошо ли чувствует себя. «Поздно», - упавшим голосом сказал мне мой товарищ. О, он всегда умел с достоинством принимать удары судьбы. Особенно, если они были нанесены собственными руками. «Примем как волю Божию», - спокойно сказал ему я. В начале февраля в редакции «Комсомольской правды» прошла пресс-конференция руководства нашей группы, вызвавшая неподдельный интерес у СМИ, да и просто у читающей публики. Подготовка экспедиции вступила в решающую фазу. В те февральские дни я усиленно стал заниматься своим физическим состоянием, осознавая, что впереди серьезные испытания. Снова и снова я проверял экипировку, снаряжение, докупал отдельные вещи, которые мне потом очень пригодились. Я благодарен своим друзьям - Ивану Васильевичу и Памиру, что они всегда были рядом как опытные советчики и искренние друзья. Мне вдруг пришла странная охота к сочинительству и я в редкие минуты досуга начал набрасывать план и эпизоды повести в жанре исторического фэнтези. Временем действия я выбрал начало XVII века на Руси, как раз в Смутное время, а местом действия нижегородские леса, которые люблю со времени учебы в Нижнем Новгороде. Мои герои должны были сражаться и «приключаться» в заснеженном лесу, в заколдованном мире, где действовала магия финно-угорских народов. Если вам, мои читатели, станет любопытно, то по окончании этого рассказа о нашей экспедиции на перевал Дятлова, я готов выложить несколько отрывков своей повести. (продолжение следует)