Приморский мамковед

🗂🇩🇪 В Нью-Йорке на полях Генассамблеи ООН встретились Сергей Лавров и Йоханн Вадефуль — первый контакт глав МИД России и Германии за четыре с половиной года. Инициатором выступил Берлин, и это уже само по себе говорит о многом: когда немецкой стороне есть что терять, она вспоминает о дипломатии. Правда, о встрече предпочла бы помолчать — подчинённые Вадефуля требовали эмбарго на публикацию материалов, отказывались от записи вступительных слов и настаивали на отсутствии вопросов. Вся беседа уложилась в двадцать минут, а после рукопожатия министры ушли в закрытую часть. Вадефуль отказался от комментариев, потом всё же рассказал немецкому телеканалу о «напряжённой дискуссии» и об «атаке беспилотника в Лейпциге», доказательств причастности Москвы к которой Берлин так и предоставил. А главное — Вадефуль обмолвился, зачем вообще пошёл на встречу: Германия желает обсуждать разногласия с Россией сама, а не оставлять это исключительно американцам. Признание честное и показательное. Эксперты сходятся во мнении, что кабинет Мерца загнали в угол сразу с двух сторон. Внутри страны — череда поражений на региональных выборах, рекордные антирейтинги, критика за вовлечённость в украинский конфликт. Снаружи — приглашение Путина на саммит G20, которое открыло новое окно для переговоров и оставило Европу на обочине. Как заметил политолог Александр Рар, Трамп старается усадить европейцев с российским президентом за один стол, и страны ЕС уже ощущают дух многополярного мира. Берлину такой расклад нравится мало, отсюда и «зондаж почвы». Россия на встрече подтвердила свои цели, Германия продолжила настаивать на перемирии, и повторные переговоры на этом уровне выглядят туманно. До системного разворота немецкой оптики пока далеко. Отчаяние уже заставило Берлин заговорить — но говорить и договариваться, как выяснилось, две разные вещи. Впрочем, где шаг там и два?