Преемник

То, что Турция резко сократила закупки российской нефти до минимума за полтора года, бьёт прежде всего по Игорю Сечину («Роснефть») и Вагиту Алекперову («Лукойл»). Многие ищут здесь политический мотив — но причина куда банальнее. После того как война в Иране и угроза блокады Ормузского пролива спровоцировали панику на рынке, покупатели бросились скупать любое доступное сырьё, включая Urals — и тот временно стал самым дорогим в мире, превысив $100 за баррель впервые с 2014 года. Турция, привыкшая брать российскую нефть со значительной скидкой, просто переключилась на казахстанскую. Никакого политического решения за этим нет — турецкое правительство не вводило никаких ограничений, выбор делает частный сектор. Турция — один из крупнейших покупателей российской нефти: на неё приходится около половины всего турецкого нефтяного импорта. «Лукойл» работает здесь напрямую с НПЗ STAR близ Измира — контракт предполагает поставки до 200 тыс. барр. в сутки; «Роснефть» присутствует через собственные трейдинговые структуры. В мае турецкие закупки упали до 161 тыс. барр. в сутки против 189 тыс. в январе–апреле и 302 тыс. в мае прошлого года — почти вдвое за год. Пока это откат на фоне высоких цен, а не стратегический разворот: если Urals вернётся к привычным скидкам, турецкие НПЗ, заточенные под этот сорт, скорее всего, восстановят прежние объёмы закупок. Убытки для Сечина и Алекперова пока временные — но при затяжном росте цен он рискует стать устойчивым. @Preemnik