Dazed задается вопросом, не станет ли 2026-й годом массового разворота к «аналоговому» образу жизни — временем, когда люди устанут от цифровой реальности настолько, что будут готовы сознательно от нее отказаться. Поводом для разговора в очередной раз стал новый тренд в TikTok. Под хештегом #analogue пользователи делятся роликами о том, как сокращают экранное время и возвращают в повседневность офлайн-ритуалы: снимают на цифровые камеры вместо смартфонов, ведут бумажные дневники, слушают музыку на iPod или плеерах, пишут письма от руки и сознательно отказываются от постоянной многозадачности. Некоторые демонстрируют даже так называемые аналоговые сумки — в них журналы, скетчбуки или необходимые для вязания атрибуты. Такие берут с собой в кафе, в поездки и на работу как физическое напоминание о возможности не доставать телефон при первом же намеке на скуку. Речь, впрочем, идет не о тотальном бегстве от технологий. Скорее — о попытке вернуть себе контроль. Авторы видео (в основном молодые люди, разумеется) говорят об усталости от алгоритмов, бесконечного ИИ-контента и в принципе необходимости быть онлайн. Аналоговый образ жизни подается ими как способ вернуть себе темп, телесность и выбор. В общем, опять про slow living. Dazed отмечает и иронию происходящего: отказ от цифрового будущего активно продвигается именно в соцсетях. К тому же такой «аналоговый» лайфстайл часто требует ресурсов: от покупки техники до свободного времени, что делает тренд отчасти привилегированным. Учитывая эти и другие моменты, подытоживает автор статьи, маловероятно, что очередной тренд в соцсетях приведет к массовому отказу от интернета. Эта тенденция скорее повод для вдумчивого переосмысления того, как экраны определяют нашу социальную жизнь и привычки. Но это только теория. Распробовать «аналоговую жизнь» на вкус решилась журналистка The Guardian Эмма Рассел. Она на месяц отказалась от iPhone, заменив его кнопочным телефоном, наличными, физической банковской картой и плеером. Единственным экраном остался рабочий ноутбук, который, уверяет Эмма, использовался строго по необходимости. Первые дни оказались тяжелыми: девушка терялась в городе без навигатора, выпадала из переписок, сталкивалась с бытовыми неудобствами и ощущением социальной изоляции. Однако уже ко второй неделе произошел сдвиг. Журналистка заметила, что стала спокойнее, внимательнее, начала проявлять живое любопытство, когда общалась с людьми в повседневных ситуациях. Исчезла привычка заполнять паузы автоматическим скроллингом, улучшилась концентрация. Даже скука, по словам Эммы, оказалась продуктивной: она начала больше читать, писать и просто наблюдать за происходящим вокруг. Самым неожиданным стало возвращение к смартфону в конце эксперимента: оно далось журналистке труднее, чем отказ от него. Эмма признается, что теперь осознанно ограничивает использование телефона и не хочет возвращаться к прежнему режиму постоянной доступности. Оба сюжета, пожалуй, говорят об одном и том же с разных сторон. Если раньше цифровой детокс воспринимался как кратковременная мера, то теперь разговор смещается в другую плоскость. Речь идет о пересборке образа жизни как такового. Аналоговость в этом контексте — попытка наконец вернуть себе право решать, когда быть на связи, а когда нет.