Продолжаем делиться рекомендациями в нашей самой субъективной рубрике #кудаподаться, посвященной городскому (и не очень) времяпрепровождению. В ней сотрудники редакции «Правил жизни» и их друзья рассказывают собственные истории и объясняют, куда бы вытащили коллег, свою пассию и где бы с удовольствием провели время в одиночестве. Быть может, что-то в этих подборках вдохновит и вас покинуть родные стены. Сегодня в рубрике редактор отдела спецпроектов Светлана Мудрик. Куда бы пошла с близкими Ибероамериканист в анамнезе, я обожаю выискивать осколочки испанской культуры в Москве и обращать в свою веру всех, кто не успел вовремя убежать. В контурах одного любимого города я угадываю другой — зыбкий Мадрид то подмигнет вывеской нового модного места с паэльей на Никитской, то призывно заблестит афишей фламенко на Пречистенке, то поддразнит мовидой (разгульная мадридская жизнь постдиктатурных времен) в пределах Бульварного кольца. И я, почти как Алиса за Белым кроликом, бегаю за этим призраком — в надежде все же найти свою Страну чудес. Иногда даже получается. Куда бы пошла с коллегами Дорогих коллег я бы тоже, кстати, приобщила к испанской — или даже шире, — к латиноамериканской культуре и после сдачи очередного номера отвела бы в бар, где наливают лучший мескаль в городе. Место названо в честь ученого, расшифровавшего письменность майя, — Юрия Валентиновича Кнорозова, последнего гения XX столетия. Он, кстати, был занятный персонаж: интересовался шаманскими практиками, дружил с Львом Гумилевым, носил меховую шапку, подаренную Ахматовой, выпивал с Пабло Нерудой и обожал свою кошку Асю, которая по паспорту была Аспид, — обожал настолько, что даже просил как-то указать ее соавтором научной работы. Еще, поговаривают, у Юрия Валентиновича были проблемы с алкоголем — это большая часть мифа о Кнорозове, добавляющая легкой не то перчинки, не то иронии названию бара. Где бы провела время с собой В Москве — особенно декабрьской — много хаоса и суеты, а я привыкла от всего этого сбегать. Инфантильно, знаю, но должны же у меня быть хоть какие-то недостатки. Добежать до Парижа, вытягивающего меня из любого тлена, мне в этом году не удалось, поэтому затаиться в ожидании лучших времен мне, отчаянной футбольной фанатке, пришлось в своей естественной среде обитания — на стадионе. Любимых у меня два: «Динамо» (обожаю за локацию и прекрасных ребят, работающих там) и «Лужники» (дань ностальгии по временам работы в местном пресс-центре и невероятный вид с крыши). А вообще, есть что-то магическое в единении толпы, болеющей за любимую команду, — магическое настолько, что тебя выключает из реальности на 90 минут. Хорошо. Отдельно скажу про свое guilty pleasure: спрятаться в диссертационном отделе Ленинки в Химках. Попробуйте: вас никто никогда не найдет — даже если очень захочет. Еще продолжаю задумчиво поглядывать в сторону Екатерининского парка, в котором хочу начать бегать весной. А уж от себя или к себе — это как повезет.