Эрик Булатов: В эмиграции мы с Наташей никогда не были. Просто когда мои выставки начали иметь успех в Европе — в Швейцарии сначала, потом они поехали по другим городам,— галереи стали мне предлагать работу, оставалось только выбирать. Мы сначала выбрали Америку. Там мы смогли заработать достаточно, чтобы купить квартиру в Париже. Так что это не эмиграция, мы просто уехали работать. А все остальное — да, как у всех. Конечно, до смерти Сталина — это одна жизнь. Правда, слава богу, я был еще совсем молодым. Окончил школу в 1952 году, так что не успел насладиться этим сталинским кошмаром. Для нашей культуры это было жуткое время, гибель фактически. Если бы еще год или два он оставался живым, я даже не знаю, что осталось бы. При Хрущеве наметилось возрождение какое-то, веселое было время. Но для меня здесь было важно другое. Фото: Эрик Булатов за работой в своей мастерской на Чистопрудном бульваре. Москва, 1976 год Фотография Игоря Пальмина Архив музея "Гараж"