девичий блог и безумное бьюти реклама и обратная связь: @postmodern_ad делаю кольца тут: @kikimora_jewelry #post_kosmetos – обзоры косметики #post_perfume – обзоры и новости парфюмерии #post_seshka – барахолки и секонд-хенды
Пост для часовых задротов: видео, где Рассел Кроу хвастается часами итальянского микробренда Giuliano Mazzuoli Среди них есть экземпляр, созданный эксклюзивно на заказ и никогда не поступавший в продажу, его корпус сделан из спрессованного песка, добытого в пустыне Руб-эль-Хали в Саудовской Аравии
+6
Какая-то абсолютно вымученная новость, уверенна почти всем плевать, кроме уникумов — у нас недавно был тренд на национальные варианты Мику и все были в восторге, ну и плюс Мику рисовали и наркоманкой, и канибалкой, и яндере, и динозавром, и просто головой с ногами… вот уж где никто никогда не стеснялся. Я обожаю Мику, потому что она как Барби, чистый холст, только для ебанутых взрослых.
+6
В детстве я любила рассматривать журналы с интерьерами (особенно каталоги Икеи), ну и сейчас особо ничего не изменилось. Проект DE House в Бельгии от студии Jacobsen Arquitetura. Семейный дом, красиво интегрированный в большой участок с лесом и озером, но очень искусственный внутри, будто бы находишься в галерее современного искусства. Даже панорамные окна с видом не спасают.
Чат GPT такой типа:
+6
Мемовое выходного дня
Работы от Nikol Rafailov, Alexis Clarabal, Rachel Marino и Camila Ramos (студентов Fashion Institute of Technology)
Плачу
+2
Макияж для Китти, как и для Фэй, создавала Тара Лэнг — и она нахваливает накладные ресницы-лучики (давно пора)
+6
Работы постоянной визажистки «Эйфории»Дониэллы Дэйви и её камео в четвертой серии.
Бойзбэнд с температурой 40
Две антивоенные работы Ёситомо Нара: Меня вдохновляли протестные песни движения за гражданские права и рок-песни антивоенного движения. Кроме того, война во Вьетнаме не казалась чем-то далеким, поскольку американские войска были отправлены с военных баз в Японии.
Заколка от художницы luashaa.
Журнал Bizarre UK, ноябрь 2008 Bizarre брал интервью у контркультурщиков, публиковал эротику и статьи о субкультурах и фетишах, а также анализировал работы авангардных режиссеров, музыкантов и художников (а потом закрылся в 2015 из-за кризиса бумажных изданий)
Одно кольцо Gem Kingdom "Eye-motif ring" за 527 долларов или 2606 желейных глаза с кислой начинкой за ту же стоимость?
Книжка! Новая! Про страшное и хтоническое! Вам всем это нужно (а особенно мне) 🔺
Так, ребят, вторая пошла. Открылся предзаказ на мою новую книгу. Я, конечно, пищу-верещу и бегаю по потолку. В этой страшной истории написала про самое любимое: деревенских ведьм, черную магию, семейные тайны, а еще — про старый пустой дом, который, конечно, никогда не был пуст. В далекой Полеховке есть дом — дом номер пять. Когда-то последняя его хозяйка бежала, спасаясь от поселившегося там зла. Десятилетия дом стоял пуст, тих и покоен, пока в него не въехала новая пара — с тех пор в Полеховке снова неладно. Семейные тайны, черное колдовство, соседские шепотки — а еще трещина в браке, которая расползается все шире, когда один из супругов начинает видеть то, чего не должно быть. Что остается второму — верить или отвернуться? Наступал час сумерек, которые растили темных двойников. По земле выстелился черный лес, рядом с фонарем лег черный близнец. Дома в Полеховке тоже разбросали теневых соседей, и только один из них сам был как тень, без двойника — дом номер пять. В этот раз я, кстати, подошла к делу менее консервативно — и наклепала рекламных тиктоков. Обложкой любимой Ксении Свинцовой не перестану козырять вообще никогда. 🤎Читай-город 🤎Озон
Дженезис Пи-Орридж и Дэвид Тибет (или причина, по которой я не продаю свои мартинсы)
По традиции публикую фрагмент из воспоминаний Гиз Мип об Анне Франк
7 мая мы услышали, что в город вошли канадские войска. Мы тут же помчались встречать наших освободителей, но прождав три часа, увидели лишь три маленьких танка. Зато на следующий день канадцы заполнили весь город. Это был настоящий военный парад, и хотя у солдат были грязные лица и одежда, голландские девушки бросались им на шею и целовали в обе щеки. Канадцы раздавали горожанам настоящие сигареты. Королева Вильгельмина вернулась на родину после пяти лет, проведенных в Англии. Этой маленькой энергичной женщине, которую Черчилль назвал «самым храбрым мужчиной Англии», было тогда шестьдесят четыре года. Она мужественно выстояла войну, как и весь голландский народ. Праздник продолжался несколько дней, всюду слышался то голландский, то английский гимн, на улицах играла музыка, люди танцевали. Откуда-то появились передвижные органчики, играли на флейтах и старых аккордеонах. Люди, прятавшиеся во время войны, выходили из своих убежищ – истощенные, бледные и напуганные, щурясь с непривычки на солнечный свет.
В пятницу 4 мая, после однообразного рабочего дня я вернулась домой и сразу пошла на кухню, чтобы отварить нескольких картофелин и морковок. Я поставила кастрюлю с водой на огонь, и мне казалось, что вода не закипала целую вечность. Неожиданно появился Ян, крепко обнял меня и сказал: «Мип, у меня потрясающая новость. Немцы капитулировали, война закончилась!» Я почувствовала слабость в ногах, я не смела верить... Но взглянув в сияющие глаза Яна, поняла, что это правда. В праздничном настроении мы уселись за стол и съели жалкий обед, показавшийся нам пищей богов. Потом заговорили о том, что будет дальше. Война кончилась, но немцы еще были в городе. Наверняка, они в бешенстве, поэтому пока надо быть предельно осторожными. Мы, конечно, заговорили о наших друзьях, заключенных в лагерях – в надежде, что они живы и вернутся к нам. Пробило восемь часов – комендантский час, когда мы услышали стук в окно. Это был наш друг, который обещал сообщить об окончании войны. «Пошли на улицу, – закричал он, – запретов нет, мы свободны!» Город был полон народу и сиял огнями. Каждый держал в руке свечку, ветку, клочок бумаги – все, что могло гореть. Люди танцевали, смеялись, обнимали друг друга. Этой ночью я не могла сомкнуть глаз. Вдруг я услышала птичье воркование и, выглянув в окно, увидела в соседнем саду несколько голубей. Я вспомнила, что во время войны птиц в Амстердаме совсем не было, даже воробьев. А домашних голубей немцы держать запрещали. Значит, их прятали во время оккупации, а теперь, наконец, выпустили. Над крышами Амстердама снова будут летать птицы, такие же свободные, как мы. На город с самолетов буквально дождем сыпались продовольственные пакеты: банки маргарина и масла, печенье, сосиски, сало, шоколад, сыр и яичный порошок. Самолеты пролетали над городом совсем низко, но они уже не вызывали страха и паники, как раньше. Люди без боязни залезали на крыши и размахивали флагами, а то и просто простыней или полотенцем. В субботу утром, по дороге на работу, мне показалось, что все амстердамцы вышли на улицу. И это невзирая на опасность – ведь захватчики еще были в городе! И действительно, немцы пришли в ярость: на Соборной площади стали стрелять в толпу и убили несколько человек. Но даже это не остановило людей, обезумевших от радости: мы знали, что победа уже пришла. Вернувшись с работы, я предложила Яну пойти в центр, чтобы присоединиться к толпе. Но тот покачал головой: «Нет, не пойду. Я не могу веселиться. Слишком много произошло за эти пять лет. Сколько людей отправлено в лагеря, и сколько уже не вернется. Конечно, я рад, что все закончилось, но мне не до праздника».