Поскачин В.С.

00:00:00 - Ежегодно Ленское объёдиненное речное пароходство осуществляет завоз топливо-энергетических ресурсов в Арктику и сталкивается с системными проблемами, которые в конечном итоге существенно увеличивают стоимость северного завоза. Я сразу отпущу все свои, ну, внутренние проблемы. Их тоже у нас, как по всей стране, хватает, понятно. Нас бункерным топливом также колбасило с самого начала навигации. Были деньги, не могли приобрести. Не могли отследить, где оно идёт, потому что РЖД программу закрыло. 00:00:28 - Мы не можем узнать, где наши вагоны с топливом идут, чтобы дать вовремя в Усть-Куте, понимаешь, танкер. Это очень сложно. Потом кадровые вопросы. Кадровые вопросы — это очень злободневный вопрос. У нас простояло не одно судно, потому что нет экипажей. Просто нет экипажа. Или такие вопросы, например, как вот, ну вот у нас неделю простояло судно в Черском, потому что мы не можем туда одного человека отправить, капитана. 00:00:57 - Капитан уехал, жена умерла, там дети одни, бросил да уехал. Судно неделю простояло, мы не можем отправить туда, билетов нет на всю продажу. Просим и в Минтрансе подходил к Владимиру Михайловичу, я не раз вам говорил: «Дайте нам по одной брони хотя бы на ключевые такие порты на арктическую навигацию на два месяца». По одной броне. 00:01:15 - Потом же спрашиваете нас, это государственное задание, понимаете? А мы не можем экипаж отправить, ни одного человека отправить ни в Тикси, ни в Усть-Куйгу, ни в Черск, ни в Чокурдах, понимаете? Ну так же нельзя. Это ж государственное дело. Неделю простоит пароход исправный, не может работать, понимаете? А их всего-то там сколько? Восемь недель, и всё, закончилась вся навигация. Давайте, уважаемые коллеги. Первое — это, конечно, задержка оплаты по перевозкам со стороны ГУП ЖКХ. 00:01:46 - Динамика полноты расчётов, которая ухудшается из года в год. Вот я вот скажу, что за 2023-й год на двадцать четвёртый перешли, у нас задолженность была 728 млн руб. А уже на 2026-й год мы перешли за 2025-й год 2 225 млн руб. Это большие-большие деньги. Мы перекредитуемся в кредитных организациях, и у нас уже дошли, знаете, ну, кредитные ресурсы до вот в этом году 2 млрд руб. 00:02:12 - Это проценты по кредитным ресурсам. Это огромные деньги. Вот и сегодня вот я вам скажу, что пароходству сегодня, значит, 1 398 млн ₽ ЖКХ должны. 149 млн за навигацию 24-го года, 439 млн за 25-й год и вот сейчас мы наработали уже 810 млн. И директор мне говорит: «В этом году не жди ничего». Мы должны перекредитоваться полтора миллиарда. 00:02:41 - Это же много. Посчитайте, какие сейчас проценты. А главное, что Госкомцен нам не вкладывает в тарифы вот эти проценты по кредитам. В арктические тарифы нам не вкладывает. Второе, из-за проблем финансирования ГУП ЖКХ отгрузка нефти в судна и нефти в судна пароходства в текущую навигацию началась только в августе. 00:03:07 - У нас в контрактах, в договорах мы должны получить нефть в начале июля, чтобы мы уже 20 июля стояли носом, понимаете, в море. А мы только в августе начинаем отгружаться. Месяц вылетел, понимаете? Это же тоже очень много. Тем более у нас же это не пароходы, это не самолёты, необорачиваемые, ушёл в Арктику. Прошёл месяц, 20 дней больше прошло. По этой причине мы вот 9 700 т не довезли нефти. 00:03:37 - Мы просто физически не смогли. Мы пытались всё снивелировать, но мы просто физически не смогли. Вот это не хватает уже и флота, флота по расчётным данным, всё хватает. Вот каждый год на всех уровнях поднимается вопрос о проблеме с задержкой подачи угля в Арктику с месторождения Джебарики. Причины были разные, и там неуплата, и там поломка горной спецтехники. В этом году при плане отгрузки с Джебарики 52,5 тысячи тонны грузили 19 тонн. 00:04:07 - Остальное мы заместили с Зырянского месторождения и уже по своей инициативе говорим: «Вот у нас контракт есть с Кузбассом, 10 000 с Кузбасса привезли». И мы как бы в Арктику ушли, не пустые, понимаете, не порожние. Там тоже там моряки пришли, их тоже надо погрузить. Там надо тоннаж подавать, хоть хоть пару порожней, тоннаж подавай в Арктику. Ну, этот вопрос Джебарики Хайя поднимается, я говорю, уже, ну, больше десяти лет. 00:04:33 - Вот я вам для примера приведу, да. Вот Иркутская область, Джебарики Хайя один раз не поставила уголь, один раз. Всё, Иркутская область от них отказалась. Перешли на другие угли и всё, Джебарики забыли. Также и Хатанга. Тоже перенастроили сразу все. Один раз не поставили уголь, недопоставили. Всё, Хатанга ушла. А мы с ними там мучаемся с этими, с "Мечелом" с этим. Ну, я думаю, на следующий год правительство, ну, повернётся к этому вопросу. 00:05:05 - Или мы будем с них не спросишь. Вот сейчас с пароходства вы хотите что-то спросить, а чё с них-то не спрашивать? Ну, спросите с "Мечела", с Зюзина. Для эффективного завоза грузов в арктические районы при подходе гружёных судов к третьей бригаде на баре Индигирка должна быть глубина проходная для река-море класс. Вы понимаете, вот сейчас, с 1 и с 1 июля, ой, с двадцатого июля до 1 сентября у нас глубина на баре Индикирка метр тридцать. 00:05:36 - Вот, вы понимаете, что такое метр тридцать? Вот я вот сейчас скажу, покажу. Смотрите, вот-вот так вот метр, вот так метр тридцать. И мы должны тысячи тонн завести. А? Дмитрий Евгеньевич, это невозможно. Мы посчитали, нам это возможно только если нам вот этих маленьких СПН-ок купить 32 штуки надо докупить, чтобы мы вот этот на пол-по 50, значит, загрузка, 50% от этой СПН-ки, мы будем возить. 00:06:02 - Но это удорожание больше миллиарда содержать эти СПН-ки. Понимаете? Больше миллиарда. У нас их всего три штуки на Индирке, а надо 32. Если при таких глубинах, ну всё же считается, товарищи. Ну, написали такую глубину, мы написали, сколько такого пароходов надо. Правильно. Поэтому мы там ловим ветер, поэтому Сахаров был, нам сначала навигации в июле начинал уже копать. 00:06:30 - И плюс нагонные ветра. Мы успеваем что-то крупнотоннажно туда зайти, заскочить туда, выгрузиться, потом будем снова ветер ждать. Ну, это же от погодных условий зависит. Северный завоз. Мы все говорим: «Северный завоз от Бога только зависит». Понимаете? Вот, ну, так происходит. А сегодня 255, и вот этот приказ, вот написали уже тут, я видел в программе, что было 2:55, изменили 2,20. 00:06:58 - У нас Ледокол сидит 2:55. И в середине навигации дали. И чё делать-то? Убегать этим ледоколом что ли, или чё? Гарантированно, потом спросить-то не с кого. Мы сейчас там останемся. Вот мы сейчас вот протащили 24 судна буквально сегодня закончили усть-алданский перекат. 00:07:20 - Мы сами копали его кранами, сами копали этот, как он называется, перекат. Прокапывали сами, сами, чтобы пройти. И вот сейчас вот усть-алданский перекат копали сами, чтобы пройти 24 судна спасли и вышли вроде, слава Богу. Сейчас мы все встанем здесь, но все пароходы не пришли. Крайние пароходы у нас уже по глубинам, мы уже не погнали, они у нас ещё до Тикси не дошли, куда мы их погоним? 00:07:45 - Так бы с ледоколом они прошли, была бы глубина, Дмитрий, мы бы дошли. А без глубин мы не пройдём, поэтому 24 000 тонн останется в Тикси 10 единиц, в том числе Бородкин ледокол. Этот сейчас пришли Бабичев, не дай бог, он сломается, ну тоже переправа будет. Мы всегда два, один на парах стоит. А один работает, потому что мы, ну, ответственность у нас большая. Если мы взялись, мы должны это сделать. 00:08:12 - Сегодня будет ледокол один. Сломается, ну чё теперь делать? Ну, я хочу сказать, что пароходство всё равно выполнила, ну, на 96,8%. Мы пытались всё снивелировать, всё сгладить все эти, но всё не получилось. Всё не получилось. Поэтому мы же обычное предприятие. 00:08:37 - Мы, я говорю, вот Ленское Объединённое Речное пароходство — обычное предприятие, у которого контракты с каждым предприятием ЖКХ, у нас. Больше 1 000 контрактов. И мы где-то, если что-то не выполнили, мы по контракту отвечаем юридически. Мы имуществом своим и деньгами отвечаем за каждый контракт. Мы политикой не занимаемся, нас в политику ввязывать не надо, если вы там где-то, то это с нас не надо спрашивать. Мы максимально, у меня вот людей надо награждать.