Минута в минуту

Ельцин выступает перед морем людей у Белого дома. Призывает ко всем мирным формам протеста. Просит не вступать в столкновения с милицией и военными, а разъяснять им незаконность ГКЧП. По его призыву народные депутаты едут в военные части, чтобы убедить солдат не стрелять в народ.

В Ленинграде еще не успели закрыть все газеты, но уже действует военная цензура. Она запрещает целый ряд заметок «Вечернего Ленинграда» о происходящем в стране и на улицах. В номере оставляют практически только документы ГКЧП. Журналисты решают печатать газету с белыми пятнами.

Всемирно известный музыкант Мстислав Ростропович приезжает в Белый дом и проводит на баррикадах все дни путча. Фото: Юрий Феклистов

По внутреннему радио Белого дома объявляют о готовящемся штурме. Пришедшие помогать анархисты вооружаются арматурой. — Петя, ты же за ненасилие! — Конечно, за ненасилие. Но если полезет какая-нибудь сволочь на нашу баррикаду, то я успею его трахнуть по голове этой арматуриной.

Путчисты спешно сворачивают незадавшуюся пресс-конференцию. К тому же, на неё так и не явился организатор переворота — глава КГБ Крючков. Отсутствовал и премьер Павлов, получивший прошлой ночью алкогольное отравление. К этому времени он уже госпитализирован с гипертоническим кризом.

Третий (!) иностранный журналист насмехается над путчистами: «Вы что, посоветовались с Пиночетом?» В зале аплодисменты. Всемогущему «президенту» СССР приходится всерьез и по существу отвечать на этот стеб.

Главный вопрос пресс-конференции задает Татьяна Малкина из Независимой газеты. Хрупкая девушка бросает хунте в лицо обвинение в перевороте. И едва ли не смеется во время ответа самого «президента». Неслыханное поведение в стране, где еще недавно люди сидели в тюрьме за анекдоты.

Недоуменный вопрос от журналиста «Аргументов и фактов». Пока он шел на пресс-конференцию, его газета оказалась закрыта решением ГКЧП в числе всех прочих (кроме девяти) газет Советского Союза. То есть, журналист на пресс-конференции еще работает, а его газеты уже не существует.

Вопрос снова достается иностранцу. Итальянец из La Stampa насмешливо спрашивает «президента» Янаева, как здоровье у него самого. Раздаются смешки. Затем журналист становится серьезным и упрекает ГКЧП в нарушении законных процедур. Вторая подряд враждебная оценка от иностранной прессы.

Первые вопросы ГКЧП удается задать недоумевающей американской журналистке: — Где Горбачев? — Что у него за болезнь? — Против кого эти танки на улицах? Всё понимающие советские журналисты расплываются в улыбке. Попытка «президента» Янаева всерьез что-то ответить прерывается хохотом в зале.

Начинается пресс-конференция ГКЧП. С первых же слов у «президента» Янаева заметно трясутся руки. Он пытается их куда-то убрать, но тряска усиливается и попадает не только на видеоряд, но даже на звуковую дорожку (её становится слышно).

Лужков руководит стройкой баррикад у Моссовета. По его распоряжению туда привозят бетонные блоки, а также цистерны с водой и передвижные туалеты. Фото: Максим Михайлов

Медики массово записываются добровольцами на случай кровопролития. Москвичи приносят лекарства из дома. Благодаря всем им создана полноценная система медицинской помощи защитникам Белого дома. На каждом углу здания дежурит врач с аптечкой. Фото: Г. Евдокимов

Строчку из Лермонтова «Забил заряд я в пушку туго» переиначивают на «Забьем снаряд мы в тушку Пуго». Речь о путчисте, главе МВД Борисе Пуго. Фото: Дмитрий Борко

Горбачев требует восстановить ему связь и предоставить самолет в Москву. Ответа он не получает и следующие два дня будет гулять по даче, купаться в море и слушать новости Би-би-си по приемнику Sony.

Правительство СССР собирается единственный раз за дни путча. Министры убеждают премьера Павлова, члена ГКЧП, в трудностях, с которыми экономика столкнется в условиях чрезвычайного положения. Павлов госпитализируется с гипертоническим кризом и больше участия в путче не принимает.

Ельцин говорит с президентом США Бушем-старшим. Тот успел обзвонить всех лидеров большой семерки и Восточной Европы. Они единогласно поддерживают Горбачева и не собираются признавать ГКЧП.

Ельцин издает указ о переподчинении союзного уровня власти себе, как единственному избранному народом лидеру. Этим же указом он поручает прокуратуре немедленно привлекать к уголовной ответственности за любое исполнение распоряжений ГКЧП.

Части ОМОНа и пожарные машины прибывают к Белому дому. В ответ его защитники начинают массово разбирать мостовую.

Происходит раскол в союзных органах власти. Комитет конституционного надзора СССР во главе с легендарным юристом Сергеем Алексеевым признает ГКЧП незаконным.