Утенок Пол Пота

По сути, линия целеполагания «воевать по-настоящему» — уже воплощается, но со смещением определения, не имеющим ничего общего с инфантильным запросом на чудо, на вундерваффе, которое «закончит это все». «По-настоящему» — значит локализовать ответственность, издержки и весь фильтр негатива на подотчетной массе подконтрольного периметра. По-настоящему погибают солдаты на фронте и люди далеко не только в прифронтовых зонах. По-настоящему уничтожаются остатки субъектности и представительства того, что когда-то даже напоминало общество, его права и свободы — эти придуманные Новодворской в 91-м году тлетворные понятия. По-настоящему проходит жизнь в потерпении и потерях. Президент по-настоящему разоблачает террормессенджеры и террористическую сущность врагов, «Единая Россия» побеждает по-настоящему, несмотря на ненастоящий поклеп и происки врагов. Даже рост цен и падение уровня жизни — это доказательство «настоящести». Худо-бедно устроенная жизнь была признаком «либерального обмана» нулевых. Дорогая, скудная и опасная жизнь — материальное подтверждение того, что враг силен и борьба идет не на шутку. Центр при этом становится сакральной неприкасаемой инстанцией, которая определяет «настоящее», но не участвует в нем физически, и, казалось бы, неразрешимый парадокс, но диалектически он становится как раз тем, что так сладко теребить после очередного взлома красных линий. Каждый новый удар по тылу перезапускает повестку, обнуляя память о вчерашних потерях. «По-настоящему» — в смысле в наличной реальности, данной в ощущениях, безотносительно общих параметров и сторонних предпосылок, которые всегда можно объявить ненастоящими. Уютная петля времени, ведь если война закончится, наступит пауза, в которой народ оглянется и приметит что-то. И даже лояльность можно покупать иллюзией снижения градуса угрозы для конкретного человека.