Политтранзит

Новый всплеск дипломатической активности вокруг украинского конфликта объясняется негативными прогнозами для Республиканской партии на промежуточных выборах в Конгресс. Трампу срочно нужен позитив. Трамп снова, как было с самого начала, считает, что в сложившемся противостоянии более реалистично заставить пойти на компромисс Зеленского. Правда, с Украиной и стоящей за ней Европой Белый дом в прошлом году тоже не справился – им в какой-то момент даже удалось склонить американского лидера к мнению, что Киев способен кардинально переломить ситуацию. Сейчас маятник предпочтений Трампа качнулся обратно. Неоднократный отказ Зеленского последовать призыву не наносить удары по российской энергетической инфраструктуре Трампа разозлил. И не только потому, что он не терпит непослушания. Американский президент помнит, как украинская верхушка старалась помочь демократам во время избирательной кампании 2020 года. Нынешнюю строптивость Киева он, похоже, интерпретирует так же – попытки подыграть демократам. А такое Трамп не прощает. Отсюда и ужесточившаяся риторика. Однако линия, благоприятная для Москвы, не пользуется широкой поддержкой в американском истеблишменте по обе стороны партийного водораздела. Препоны будут создаваться при любой возможности. Европа прилагает все усилия, чтобы не оказаться вне процесса обсуждений, и тормозит возможное урегулирование, поскольку считает его выгодным России. Процесс переговоров непрозрачный, судить можно лишь по косвенным признакам. Резонно предположить, что определяющей является тема не столько территорий, а общих принципов безопасности (в военном и политическом смысле). По итогам переговоров в Ослов и Санкт-Петербурге американские представители говорят о существенном прогрессе, европейцы – о сближении позиций и новых идеях, российская сторона признает наличие новаций, но дает понять, что они совсем недостаточны. Процесс продолжается – пока по традиционной траектории. Так, в ноябре, вероятно, вновь состоится трехсторонняя встреча на экспертном уровне - для обсуждения технических вопросов (такое было уже дважды). Совокупность различных событий позволяет предположить, что военная фаза конфликта, действительно, приближается если не к завершению (как надеется помощник президента РФ Ушаков), то к существенной развилке: реальные мирные переговоры по всему кругу тем либо выход на следующий уровень эскалации. Первый вариант подразумевает те самые убедительные гарантии, и тут техническими мерами не обойтись, нужна устойчивая политическая рамка. Интенсивное обсуждение возможной трехсторонней встречи лидеров США, России и Китая в следующем месяце в Шэньчжэне на саммите АТЭС происходит как раз в этом контексте. Состоится встреча или нет – пока не ясно, даже если да – новой Ялты с "большой сделкой" не будет, уверен политолог Лукьянов. Но в общей запутанной картине такая встреча ясно обозначит уровень, на котором принимаются важнейшие мировые решения. Тем временем неисправимый оптимист Трамп уже заявил, что мир на Украине ближе, чем когда-либо. Как пишет The Atlantic, Трамп уже определил дату подписания соглашения по урегулированию конфликта России и Украины: это должно произойти 14–15 декабря на саммите стран G20 в Майами. @PolitTransit