Политтранзит

Прямое нападение США на Иран было частью плана Трампа по усилению американского влияния на Ближнем Востоке и вытеснению из региона Китая и России. Однако американцы просчитались. Развитием событий крайне недовольны страны Ближнего Востока. К перекрытию Ормузского пролива и потенциальной блокировке Баб-эль-Мандебского пролива добавилась ежедневная угроза со стороны иранских беспилотников и ракет, нацеленных на их ключевые энергетические объекты и жизненно важную инфраструктуру, связанную с другим источником дохода — туристическим сектором. Теперь многие из этих стран задаются вопросом, зачем им покупать американские товары на сотни миллиардов долларов. Они закупают оборонное оборудование и рассчитывают на Вашингтон как на своего защитника от Ирана. А ведь эти обе проблемы могут быть решены очень быстро — с помощью Китая, пишет британский финансовый журналист Саймон Уоткинс для Oilprice. В соответствии с «Соглашением о всеобъемлющем сотрудничестве между Ираном и Китаем на 25 лет» Китай контролирует большую часть нефтяных и газовых ресурсов Ирана. Кроме того, эта сделка дает Пекину огромную власть над важнейшими маршрутами транзита нефти и СПГ через Ормузский и Баб-эль-Мандебский проливы. 25-летнее соглашение с Ираном не только дает Пекину власть над всеми его союзниками, включая йеменских хуситов, но и позволяет Китаю оказывать огромное влияние на Джибути и Эритрею с помощью кредитов на развитие инфраструктуры, предоставляемых в рамках программы «Один пояс – один путь». Проще говоря, Китай мог бы напрямую повлиять на готовность Ирана блокировать Ормузский пролив и на желание хуситов сделать то же самое с Баб-эль-Мандебским проливом, просто потребовав от Тегерана прекратить блокаду и, если потребуется, пригрозив, что в противном случае прекратит импорт иранской нефти. Китай остается крупнейшим покупателем иранской нефти, и китайские суда по-прежнему могут беспрепятственно проходить через оба пролива. Более того, супертанкеры под китайским флагом и управляемые китайскими компаниями также получили от хуситов разрешение беспрепятственно перевозить миллионы баррелей саудовской и эмиратской нефти прямо через Баб-эль-Мандебский пролив без каких-либо препятствий. Когда дело доходит до прямого военного противостояния с США, Китай понимает, что силы неравны, да и в любом случае это не в китайской традиции. Как сказано в «Искусстве войны» великого китайского военного стратега Сунь-цзы, жившего в V веке до н. э., «высшее искусство войны — подчинить противника, не вступая с ним в бой». Похоже, именно такого подхода придерживается Китай в контексте текущих событий на Ближнем Востоке. Пекин позволяет США истощать свои запасы ракет и других важнейших военных материалов, ведя заведомо проигрышную «горячую» войну, в то время как сам тихо завоевывает стратегический мир. Эта стратегия также ставит Китай в идеальное положение для того, чтобы выступить посредником в урегулировании конфликта между Вашингтоном и Тегераном, когда ситуация станет по-настоящему невыносимой для Трампа. Возможно, таким образом Китай добьется понимания того, что США в ответ могут смягчить свою позицию в отношении будущих действий Китая в отношении суверенного статуса Тайваня. «Россия также может попытаться использовать свое влияние на Иран, чтобы заключить мирное соглашение с США. В обмен на это Москва, скорее всего, ожидает, что Трамп будет настаивать на аналогичном урегулировании конфликта на Украине, которое будет более выгодным для России, чем то, на которое она могла бы рассчитывать в противном случае. Однако этот подход кажется менее вероятным, чем план Пекина», – утверждает Уоткинс. @PolitTransit