Политтранзит

По данным исследования Института показателей и оценки здоровья при Вашингтонском университете (опубликовано в журнале The Lancet в марте 2024 года), к середине 21-го века три четверти стран мира перестанут воспроизводить свое население. Под ударом окажутся не только Европа и Азия, но также Индия и большая часть Африки. Статистика свидетельствует, что рождаемость стремительно падает: - в Германии, Италии и Великобритании смертность уже превышает рождаемость; - Россия не исключение: в 2024 году родилось 1,22 миллиона детей, а суммарный коэффициент рождаемости опустился до 1,37, худшего показателя с 2000 года; - на Украине этот коэффициент опустился уже ниже единицы; - в Иране этот показатель сократился с шести детей в 1980‑х до 1,6 сегодня; - в Китае, по официальным данным, рождаемость упала ниже 1,1. Примечательно, что еще в 2019 году авторы книги «Пустая планета: шок глобального сокращения населения» («Empty Planet», 2019 год, на русском языке не издавалась) Даррел Брикер и Джон Иббитсон по-новому представили проблему мирового населения, утверждая, что со временем оно будет неизбежно уменьшаться. Исторический опыт показывает, что в случае, когда государство стареет и не может восполнить убыль населения, такие страны не становятся миролюбивее. Напротив, они часто идут на обострение. Исследователь Джек Голдстоун еще в 1991 году доказал, что бунты во Франции, Китае и Османской империи совпадали с изменениями возрастной структуры, а не с идеологией. А работы Хэла Брэндса и Майкла Бекли (Университет Джонса Хопкинса и Университет Тафтса) описывают механизм, при котором стареющие державы, чувствуя закрывающееся окно возможностей, решают сделать ставку на силовое решение. К примеру, Империалистическая Япония конца 1930‑х и кайзеровская Германия 1914 года не были странами со стремительно растущим населением. Напротив, этот процесс замедлялся. Они выбрали войну, потому что боялись упустить момент. Сегодня схожая логика прослеживается в идеологии тех политических элит, кто видит свое будущее в сжатии населения и ресурсов. По оценке Брукингского института, рабочая сила Китая к 2050 году сократится с 900 млн до 700 млн человек. Это заставляет руководство страны действовать быстрее в вопросах регионального доминирования и в возвращении Тайваня, поскольку в Пекине боятся упустить момент. Иран с сокращающимся населением и расширяющимся присутствием Исламской республики на Ближнем Востоке, от Ливана до Йемена, тоже попадает в эту ловушку. Стареющее поколение политиков, выросшее в убеждении, что внешний мир агрессивен, предпочитает силу переговорам. Покойный аятолла Хаменеи всегда утверждал, что Израиль и США агрессивны к Ирану - и оказался прав. Демографический спад очень трудно остановить простыми мерами. Япония уже 30 лет предлагает родителям щедрые пособия и бесплатные детские сады, однако, рождаемость продолжает падать. Южная Корея, Тайвань и Сингапур вводили субсидии и даже услуги свах. Но это не дало ожидаемого результата. Моделирование Institute for Health Metrics and Evaluation (IHME) — независимого исследовательского института в области глобального здравоохранения, базирующегося в Сиэтле (США), показывает, что даже самые активные программы поддержки рождаемости не позволят достичь уровня 2,1 ребенка на женщину, необходимого для стабильности. Ряд специалистов утверждает, что конфликты, которые мы видим сегодня, - это не случайность. Это закономерность мира, где всё меньше стран могут расти естественным путем. Они борются за сокращающийся ресурс: молодых, трудоспособных людей. Победу в этом соревновании одержит не самая богатая или большая страна, а та, которая сумеет дольше выдерживать потери. И все же, создается впечатление, что авторы исследования перепутали причину со следствием. Падение рождаемости является следствием социально-политических изменений, а не наоборот. Часто элита и власти считают источником внутренних проблем внешние угрозы. И почти всегда у этих обвинений есть основания. Когда негативное воздействие извне уже сложно терпеть, начинаются войны. @PolitTransit