Политтранзит

Поведение новых сирийских властей вызывает много вопросов. Развивая многополярность, они хотят опять привлечь Россию для решения внутренних проблем или послать сигнал Трампу. В любом случае сирийские власти пока не являются самостоятельными и свободными в политическом плане, и договариваться с ними нам будет сложно по любым вопросам, включая и продажу вооружений. Нет гарантий, что это вооружение не будет перепродано нашим врагам. Президент Сирии переходного периода Ахмед аш-Шараа во второй раз прибыл в Москву для встречи с Путиным Москву и Дамаск связывают долгие десятилетия дружеских отношений. СССР в свое время спас Сирию от турецкого вторжения и не раз предотвращал ее разгром со стороны Израиля. С таким историческим багажом, конечно, глупо расставаться, даже несмотря на радикальные изменения в условиях сотрудничества после падения режима Башара Асада. В Кремле на встрече с Шараа Путин отметил, что Россия готова принять участие в восстановлении Сирии. Москвой и Дамаском запланированы совместные мероприятия по линии промышленности, спорта и медицины. Сирия важна для России не только как транзитный пункт для африканских поставок, но и необходима для сохранения влияния на Ближнем Востоке. Кроме того, это рынок для продукции российского военно-промышленного комплекса, которую сирийцы уже освоили и ценят. В то же время Дамаску Россия нужна еще больше. Поддержка нашей страны, которая никогда не вмешивалась во внутренние дела и всегда поддерживала только официальную власть, позволяет Сирии противостоять доминированию Турции, стремящейся утвердиться на части сирийской территории. «Эта встреча – прямой сигнал США, что с потерей Асада влияние России в регионе не исчезло, а более того – начинает набирать новые обороты», – пишет Царьград. Москва опасалась, что после свержения Башара Асада в Дамаске может появиться «популистское антироссийское» правительство, говорит Сэмюэл Рамани, младший научный сотрудник лондонского аналитического центра RUSI. «Но русские были приятно удивлены, даже несмотря на то, что им пришлось снизить уровень своих связей», – пояснил он. Шараа придерживается прагматичного подхода и стремится выстраивать собственные отношения с внерегиональными державами, чтобы защититься от возможных политических изменений в США. «Республиканцы снисходительно относятся к сотрудничеству Сирии с Россией, пока в него не вмешивается Иран, – сказал Рамани. – В то время как демократы в целом настроены более скептически и не хотят торопиться с отменой санкций и решением других вопросов». Шараа во время своего первого визита в Москву в октябре не стал педалировать тему участия РФ в войне в Сирии и попытался говорить в более дружелюбном тоне, несмотря на то, что Россия предоставила убежище Башару Асаду и его жене, которые бежали из страны в декабре 2024 года, когда оппозиционные бойцы под руководством Шараа наступали на Дамаск. Шараа потребовала экстрадиции Асада, чтобы сирийцы, ставшие жертвами репрессий бывшего президента, получили правосудие. Но ему было отказано. «Новые лидеры Сирии переориентировали внешнюю политику страны с России на США и заявили, что стремятся построить стратегические отношения с Америкой, на что администрация Трампа ответила взаимностью», – пишет Al Jazeera. Однако визит Шараа в Москву свидетельствует о том, что это не совсем так. @PolitTransit