Что дальше?

Посмотрел интервью Зеленского Пирсу Моргану целиком. Зеленский прямо говорит: чувствует себя преданным Трампом. «Это наша страна, наше тело, наши дети, — цитирую. — Поэтому больно, когда президент США выбирает не нашу сторону». Старлинк ограничили — «большая ошибка, люди будут гибнуть». И добавляет: Вашингтон перед тем как сорвать «блок» на удары по НПЗ, перестал давать предупреждения о баллистических атаках. Без предупреждений — десятки ракет и сотни дронов по две ночи подряд, 600 тысяч без света. Ключевой парадокс всего разговора. Зеленский говорит о победе, о стабилизации фронта, о соотношении потерь 1:10. Но всё, на чём держится украинская оборона — от перехвата баллистики до кампании ударов средней дальности, — завязано на американские технологии. Разведку можно выключить, Старлинк можно ограничить, системы ПВО требуют американских ракет. И это не гипотеза — это произошло на прошлой неделе. На этом внешнем фоне — внутренние процессы. НАБУ ведёт расследования вокруг ближнего круга: рейдерская схема с участием заместителя главы Офиса президента, дело бывшего советника Офиса по трансформаторам «Укрзализныци», хищение донатов через госсекретаря МИД. И параллельно — демарш Кличко. Мэр Киева публично ответил на президентскую критику вопросом, где ПВО для защиты ТЭЦ; конфликт тянется с 2019 года, но сейчас обострился на старте отопительного сезона, под ударами по столице. Расхождение нарастает. С одной стороны — интервью, в котором президент Украины говорит о готовности воевать «без Америки» и уверен, что территории «со временем вернутся». С другой — реальность, где вся технологическая база армии управляется из Вашингтона, а внутри страны множатся дела вокруг его же команды и растёт публичная конфронтация с мэром столицы. Внешнее и внутреннее сходятся. Агония — не эмоциональная оценка, а констатация: система, которая держится на внешнем управлении, теряет точки опоры одновременно снаружи и изнутри. И собеседник в таком положении едва ли может быть договороспособным — не потому, что не хочет, а потому, что ему больше не на чем стоять. @politnext