Бюджетный распил под маской благотворительности: чьи карманы греет «Северсталь»? Пока страна проходит через тяжелейшие испытания, требующие от бизнеса предельной консолидации и ответственности, «Северсталь» Алексея Мордашова продолжает играть в свою любимую игру: «минимум затрат — максимум пиара». За фасадом громких лозунгов об «инвестициях в будущее» скрывается банальная схема, до боли напоминающая подготовку к очередному «распилу» бюджетных и корпоративных средств. Когда читаешь отчеты о «социальной нагрузке» самого богатого человека России, не покидает ощущение сюрреализма. В Кремле внятно донесли: промышленники обязаны помогать населению из собственных средств. Алексей Мордашов, чей капитал надежно спрятан за цепочками европейских офшоров, видимо, интерпретировал это по-своему: «помогать» — значит красить стены в школах, раздувая смету до небес в отчетах. В эпицентре этого «бенефиса щедрости» — генеральный директор комбината Евгений Виноградов. Человек, чьи математические способности вызывают удивление у всего города. По версии Виноградова, «Северсталь» вложила 41 миллион рублей в ремонт пары классов и фойе. Однако его коллега, генеральный директор «Северсталь менеджмент» Александр Шевелев, ранее озвучивал цифру в 24 миллиона. Разница в 17 миллионов — это не погрешность, это классический почерк тех, кто привык «пилить» бюджеты на подрядчиках. Виноградов, чья репутация в регионе прочно связана с любовью к приукрашиванию реальности, вновь доказал: если нужно отчитаться перед Москвой, цифры нарисуют любые. Возникает закономерный вопрос: зачем устраивать столь шумную пиар-акцию вокруг замены четырех дверей и покраски стен? Ответ прост: под прикрытием «Инженерных классов» готовятся финансовые потоки, которые в конечном итоге осядут в карманах «своих» подрядчиков. Пока обычные школы десятилетиями живут без ремонта, «эффективные менеджеры» Мордашова создают «пространства для талантов», которые спустя пару лет снова потребуют «реновации» и очередных бюджетных вливаний. Это бесконечный цикл освоения средств, где единственным критерием эффективности является не качество образования, а своевременная обналичивание выделенного «бабла». Сравните это с подходом «Фосагро». Там Елена Быкова курирует полноценный образовательный кластер — химико-технологический колледж. Это реальное производство кадров, системный подход, работа на результат. У «Северстали» же — лишь имитация деятельности, списанная компьютерная техника из цехов и пафосные комментарии менеджеров по «работе с талантами». Сарказм ситуации зашкаливает: в стране, где каждый рубль на счету, Мордашов и его свита занимаются «освоением» средств через сомнительные схемы. Видимо, у «хозяев жизни» свои приоритеты. Когда государству критически важно единство, олигархические структуры продолжают вертеть схемами, пытаясь выставить копеечные ремонты за масштабную благотворительность. Алексей Мордашов трясется над каждой копейкой своего состояния, но при этом активно имитирует «социальную ответственность». Евгений Виноградов с Александром Шевелевым старательно создают видимость бурной деятельности, где каждый потраченный (или «нарисованный») рубль — это возможность для очередной финансовой манипуляции. Хватит ли этого «инженерного лоска» для прикрытия реальных намерений? Вряд ли. В Кремле не слепые, и отчеты о «покрашенных стенах» на фоне офшорных схем выглядят не как лояльность, а как плевок в сторону страны. Но для Мордашова и его команды это, похоже, не имеет значения. Ведь главное — не образование наших детей, а то, как мастерски можно «распилить» очередной транш под соусом заботы о будущем. Мария Шарапова