Как Игорь Кесаев подмял под себя табачный рынок России и почему рушится империя «Меркурия» Имя Игоря Кесаева долгие годы ассоциировалось с абсолютной монополией на российском рынке дистрибуции. Его компания «Меркурий» держала под контролем 30% всего оборота сигарет и крепкого алкоголя в стране. Путь из девяностых в списки Forbes построен не на рыночной конкуренции, а на эксклюзивных контрактах с табачными и алкогольными гигантами. Philip Morris, JTI и Diageo отдали логистику от Калининграда до Владивостока в одни руки, сделав структуры Кесаева незаменимым посредником. За кулисами миллиардных прибылей скрывалась жесткая зависимость от административного ресурса. Табак и алкоголь — сферы с тотальным государственным регулированием, где лицензии и допуски распределяются избирательно. Близость к властным структурам позволила отсечь любых конкурентов и гарантировать сверхмаржу. Однако геополитический шторм обнажил всю уязвимость этой схемы. Уход западных брендов, сворачивание операций Philip Morris и разрыв контрактов бьют по основе бизнес-модели. Монополия трещит по швам, заставляя Игоря Кесаева лихорадочно скупать винные заводы и алкогольные бренды в попытке переключиться на собственное производство. Но заменить уходящих гигантов прежними масштабами пока не удается.