АДЕКВАТ Z

День богат на освобожденные населенные пункты, за которыми кроется больше, чем просто точки на карте. Бологовка в Харьковской области - это расширение километров до 20 зоны активных действий фронтом на юго-запад от границы и почти ее смыкание с еще 40 километрами фронта на правом берегу Оскола, от границы до Купянска. Дроновка в ДНР - это прямая угроза предпоследней коммуникации, на которой висит важнейший для хохлов оборонительный узел Северска. Проминь в ДНР - это падение всего восточного предполья Димитрова, из которого хохлам давно уже надо бежать, но никто им этой санкции, разумеется, не даст, дохнуть будут там, где сидят. И Первомайское на самом юге Днепропетровской области - это река Янчур, уже форсированная южнее, окончательно утрачивает свое значение как оборонительный рубеж, и до перерезания дороги с севера на Гуляйполе остается километров пять. Направления разные. Трещит везде. Трещит по одной и той же причине - острый дефицит мяса, которым годами забрасывали фронт, не экономя и даже не считая. И назад этот фарш уже не провернуть. Поэтому хозяева хохлов бьются в падучей, пытаясь вымутить прекращение огня - и именно поэтому ни о чем подобном могут даже не пытаться мечтать.

События постоянно зарифмовываются, и для должной глубины их понимания очень полезно иметь слух на такие рифмы. Вопреки множеству анонсов, европейская сволочь перенесла решение вопроса кражи наших активов на декабрь - бельгийцы в последний момент все же струсили, а подельники брать их риски на себя в приемлемой для бельгийцев форме не готовы, и все пошли это противоречие утрясать. И одновременно оказалось, что финский козел раздоился на очередные 100 миллионов на американское оружие хохлам не за свои, а в долг. Могу ошибаться, но все ощущения за то, что этот поворот сюжета - абсолютно беспрецедентный. То есть при всей их к нам глубочайшей ненависти и абсолютной приоритетности темы содержание хутора собственными европейскими силами прямо на глазах становится все неподъемнее. А единственный по сути источник, способный позволить протянуть в этом отношении еще около года, лихо переехал на пару месяцев. А агент Дональд поставляет только то, за что ему платят, да еще с поправкой на то, что темпы производства здорово отстают от текущих потребностей. А у самих хохлов гроши на текущее существование прямо сейчас еще есть, но на горизонте как раз нескольких месяцев вопрос поддержания этого текущего существования станет в полный рост. Верной дорогой идете, товарищи рецидивисты, сказал бы Довлатов.

Утром замечал, что диапазон нашей реакции на бенефис Трампа может оказаться каким угодно, от довольно безразличной до показательно жесткой. Вечером Верховный, найдя среди текущих дел время взять слово, обе эти грани взял и совместил. Сдержанно почти до равнодушия - про свежую порцию кривляний и санкций. Гарантией ошеломляющего (первое на моей памяти использование этого эпитета за всю войну) ответа - если вдруг хватит глупости делать из хохлов прокси для попыток дальнобойных ударов. Оба посыла вполне ясны. Достигать ли всех наших целей дипломатическим или военным путем, с точки зрения вечности нам непринципиально. И какой из этих двух стульев на той стороне выберут, на тот и сядут, нести последствия неразумного выбора придется самостоятельно, хотя возможность одуматься довольно явным образом оставляется. Но если попытаются выпрыгнуть из русла инерционного сценария, то отреагируем так, что очень не понравится - и в этом месте мизансцена выстроена с достаточной двусмысленностью, чтобы было невозможно однозначно понять, получат ли в этом случае между глаз одни хохлы или американцы тоже. На этом данную дипломатическую страницу считаем перевернутой, оставляем агента Дональда наедине с его богатым внутренним миром, холуями и горой проблем внешних и внутренних - и продолжаем работу по планомерной очистке сопредельной территории от концентрированного чубатого зла, которую за нас никто не выполнит.

Что-то очень похожее на новое социальное бедствие проявляется в почти уже ежедневных репортажах, статьях и постах по теме. Формируется, или скорее даже уже сформировалась, устойчивая судебная практика по квартирам, проданным под воздействием телефонных злодеев. Практика нехорошая: установив, что сделка совершена под этим воздействием, суды отбирают квартиры у покупателей, не вникая ни в их добросовестность, ни практически ни во что другое в принципе. Судя по наблюдаемому, соответствие такого подхода букве закона под очень большим вопросом. Но подходу это сформироваться не помешало. Несмотря на всю грубейшую неосмотрительность, проявляемую в таких случаях продавцами, и отсутствие оснований перекладывать ее последствия на покупателей хоть по закону, хоть по уму. Что правовых рисков на вторичном рынке жилья вообще хватает, ни для кого, наверно, не новость. Только данный риск качественно отличается от остальных: контролю со стороны покупателя он не поддается в принципе, алгоритма, позволяющего его гарантированно вскрыть, не существует. Продавец, действуя в рамках заготовленной ему легенды, может до последнего с пеной у рта отрицать, что действует по чужому целеуказанию, и от того, что сразу после регистрации сделки он пойдет ее ломать, встретив у суда полное понимание, это никак не гарантирует. Масштаб бедствия в моменте: по моим ощущениям, по стране счет идет уже на сотни потерянных покупателями квартир. Масштаб бедствия потенциальный: уголовных дел по мошенничеству с недвижимостью многие тысячи в год, и в пределах исковой давности они формируют еще и навес прошлых лет. Что рискуем получить при сохранении и тем более росте тенденции: непредсказуемые последствия и для вторичного рынка в целом, и для доверия людей к государству тоже в целом, причем не только у непосредственно пострадавших. Усугубляет ситуацию то, что она до сих пор никем официально не отрефлексирована вслух и комплексно, как серьезная социальная проблема с тенденцией к разрастанию, влекущая необходимость реагировать. Ни партиями (хотя казалось бы), ни ведомствами (хотя над вопросом, чья конкретно это зона ответственности, думать придется долго), ни институтами гражданского общества - никем. Думаю, это в первую очередь потому, что достоверной эмпирики по проблеме ни у кого из перечисленных нет. Достоверная эмпирика - это, разумеется, судебная практика. Которую можно и нужно собрать, изучить, обобщить, оценить масштаб бедствия - и на этой основе вырабатывать решения, что конкретно делать с проблемой, как на будущее, так и за прошлое. ❗️И раз других желающих не видно, давайте я эту миссию приму на себя. Готов решения судов по проблеме принимать в личке, внимательно их пахать независимо от количества, и если их наберется хотя бы несколько десятков - подбирать конкретного адресата. Чтобы познакомить его и с самой эмпирикой, и с выводами и предложениями по ней (мысли, что в принципе надо бы делать с бедой, уже есть, но прежде любого оглашения их необходимо поверять практикой, и как можно более объемной). Знаю, существуют сообщества покупателей-ответчиков, пострадавших конкретно от исков жертв телефонных мошенников. Хорошо сделают те из читателей, которые смогут расшарить это предложение прямиком по таким сообществам. Маленький дисклеймер: ничьих индивидуальных бед развести руками не обещаю, материал нужен для осмысления деталей и масштаба проблемы в целом. Присылая судебные акты, делаем это в понимании, что они могут войти в подборку приложений к бумаге в ту инстанцию, которая будет найдена наиболее уместной. И очень желательно присылать решения всех пройденных по конкретному делу инстанций. Зачем это мне, наверняка найдутся желающие спросить? Затем, что кому-то надо первым взяться за проблему системно, и у меня есть время и компетенции за нее взяться. А где можешь, там уже должен.

РУДН и «Школа 21» открыли совместный кампус. Сбер дал ресурс и методику, университет — потенциальных специалистов. На выходе — не «очередной skillshare», а две траектории с реальным ресурсом времени и реальными обязанностями: ИИ-инженер и Цифровой заказчик. Две программы — ИИ-инженер и Цифровой заказчик. Первая готовит тех, кто способен работать с искусственным интеллектом на уровне систем и данных. Вторая — тех, кто отвечает за постановку задач и управление продуктом. Все завязано на практике, без декоративных лекций и привычных кафедральных ритуалов. «Нейросети способны писать код высокого качества, но это не отменяет необходимости глубокого понимания того, как устроены эти системы. Поэтому выпускники ведущих вузов страны должны знать теоретические основы и принципы работы современных технологий и уметь самостоятельно с ними работать. Именно такое сочетание — прочная теоретическая база и практические навыки — дает «Школа 21» благодаря практико-ориентированному формату», — уверен глава Сбера Герман Греф. Первый поток стартует 13 ноября. Формат «равный равному» с постоянной работой внутри команды. Если отбросить пафос, смысл прост. Это не имитация цифровизации и не фотосессия для отчетов, а попытка наладить поток практиков — тех, кто умеет ставить задачу, реализовывать ее и показать результат. В реальности это означает плотный практический цикл и рынок, который готов платить тем, кто умеет не только красиво говорить. Как отметил ректор Олег Ястребов, партнёрство со Сбером уже приносит результат — студентов забирают на офферы с третьего курса. Вывод для тех, кто привык слушать громкие обещания: проект делает ставку не на красивые слова, а на четыре вещи — навыки, практику, проекты, выход на работодателя. Те, кто еще вчера искал «бесплатные курсы по Python», теперь получают возможность сыграть в высшей лиге — при одном условии: плавать придется самим. Если вы студент и хотите не «слышать про ИИ», а «делать ИИ» — вам сюда. Если же вы ищете «сертификат за пару модулей» — вам мимо.

Выдающийся ночной бенефис агента Дональда выглядит миксом из отчаяния и если не глупости, то точно наивности. Отчаяния - от понимания, что никакого желания решать бандеровский вопрос на его, а не наших, условиях у нас нет. Наивности - от непонимания, что не только нет, но и не предвидится. Не предвидится независимо от любых действий, которые Трамп может себе позволить - "Томагавки", кстати, именно что не может, о чем в ходе бенефиса и заявил практически открытым текстом. Показательны в этом отношении две вещи. Что бессмысленность прекращения огня без выхода на условия мира сам Трамп признавал, кажется, еще в мае. И что неделю назад (массу утечек по данному вопросу можно считать вполне достоверными) он громко обкладывал занюханного факами и диками, объясняя, что без принятия наших условий хохлов ждет разгром. Лихое риторическое переобувание в обоих этих вопросах по замыслу, видимо, должно замаскировать бессилие (мания казаться крутым - наше все) выйти на что-то приемлемое для себя, по факту - достаточно быстро все равно придется убедиться, что и это не работает. И тогда снова придется вернуться в точку, из которой сейчас попытался сбежать, то есть принимать решение на уже бесповоротный выбор стратегического курса. С перспективой получить либо полностью обнуленные отношения с нами и риски большой эскалации, либо бешеный саботаж со стороны всех сил, для которых поражение хохлов станет собственным. За нашей официальной реакцией сейчас последим с большим интересом. Ее диапазон в принципе может быть очень разным, от довольно безразличной до показательно жесткой, веские доводы можно найти в пользу любого выбора в этом диапазоне, поэтому интрига тем сильнее. Но в том, что независимо от содержания нашей реакции наши цели, планы и действия не сдвинутся ни на миллиметр, можно быть вполне уверенным уже сейчас.

Немаленький остров Карантинный в дельте Днепра входит (весь ли, нет ли - не знаю) в городскую черту Херсона и достаточно богат городской застройкой. Уже не первый день работа на нем наших войск выходит далеко за пределы активности ДРГ, остров по сути начали чистить. И не о том даже разговор, что от основной части города остров отделен неширокой протокой, а о том, что все эти дни у хохлов, как официальных, так и даже неофициальных, в этом месте слепое пятно: ни единого взвизга, что остров отваливается, до меня не донеслось до сих пор. Хотя оснований сомневаться в этом факте и нет. Заглядывать слишком далеко пока не будем, но зафиксируем: поверх всего, что у хутора трещит прямо сейчас, появился новый участок, который будет жрать и без того убогий ресурс. И жрать тем охотнее, что на потенциальном следующем такте участок чреват оглушительной символической зрадой. То есть последствием, предотвращать которое будут любой ценой и не считаясь ни с чем. Тришкин кафтан еще не расползается, но с каждым следующим разом нагрузка становится все ближе к разрушающей.