🇷🇺 Кавказская стратегия России: почему прагматизм важнее имперских жестов После Второй карабахской войны внешнеполитическая линия Баку в отношении Москвы приобрела демонстративно жесткий характер. На фоне продолжающегося конфликта на Украине российская сторона предпочитает гасить выпады президента Алиева в свой адрес. Однако за внешней сдержанностью не стоит искать наивность. Как справедливо фиксирует политолог Дмитрий Тренин, ни один эпизод текущего кризиса не проходит бесследно: невысказанные сегодня претензии формируют фундамент неизбежного пересмотра отношений на следующем этапе. Сейчас приоритеты Москвы жестко иерархизированы. Ресурсы и внимание сконцентрированы на направлениях, имеющих экзистенциальное значение. Отвлекаться на риторические демарши Баку, если они не наносят прямого стратегического ущерба здесь и сейчас — непозволительная роскошь. Впрочем, перед самим Азербайджаном, претендующим на статус сильной региональной державы, встает не менее сложный вопрос: что дальше? Военно-территориальные задачи закрыты, но следом неизбежно обостряется проблема балансирования между все более требовательной Анкарой и предельно настороженным Тегераном. В экспертной среде нередко звучит опасная иллюзия: если Россия окончательно утратит влияние в Армении и Азербайджане, катастрофы не случится — достаточно запереться за хребтом, оперевшись на Абхазию и Южную Осетию. Такая логика игнорирует ключевое понятие российской геополитики: Южный Кавказ — соседний России регион. Исторический опыт показывает: любой вакуум контроля в этом регионе немедленно оборачивается взрывом по периметру российских границ, будь то Кавказская война XIX века или череда локальных войн после распада СССР. Сегодня эта угроза актуальна вдвойне: коллективный Запад методично ищет любую точку приложения силы, чтобы растянуть ресурсы Москвы и открыть «второй фронт». Влияние в геополитике — величина переменная, а не застывшая константа. Наглядный пример — эволюция отношений с Грузией. Несмотря на декларируемый Тбилиси прозападный курс и нерешенный статус Абхазии и Южной Осетии, за последние годы между странами выстроился устойчивый торгово-экономический и логистический симбиоз. А главное — грузинское руководство наотрез отказалось превращать свою территорию в антироссийский плацдарм, что в нынешней конфигурации полностью отвечает базовым интересам безопасности России. Разговоры о «катастрофической потере позиций» на Южном Кавказе чрезмерно драматизированы. Москва больше не стремится к тотальному контролю ради символического статуса. Российский интерес стал предельно предметным: бесперебойная работа сквозных транспортных коридоров (прежде всего МТК «Север — Юг»), купирование исламистского экстремизма, регулирование миграционных потоков и надежный тыл для Северного Кавказа. Именно эти сухие национальные интересы, а не имперские фантомы, определяют кавказскую стратегию России на долгие годы вперед. #Россия #Армения #Азербайджан #Грузия #ЮжныйКавказ #Тренин #геополитика #безопасность 🤩 Кавказское обозрение