🇦🇲🇫🇷🇷🇺 Армянский Макрон Без всякой иронии, Никол Пашинян — человек большого политического таланта. Он единственный из политиков современной Армении, кто сумел прийти к власти в результате уличных протестов. Многие пытались, но получилось только у него, отмечает политолог Николай Силаев. Ничего специфически армянского в фигуре такого лидера нет. Пашинян олицетворяет тот же политический тренд, который выдвинул на первые роли, например, французского президента Эмманюэля Макрона и целый выводок подобных ему персон. Включая и их идейного оппонента Дональда Трампа. «Популизм» здесь не вполне верное слово, тем более что комментаторы-глобалисты закрепили его за своими оппонентами-националистами. Скорее уместно говорить о состоявшемся разрыве между областями публичной политики и государственного управления. К власти во многих западных странах пришли блогеры в смысле не рода занятий, а представления о мироздании. Для них мир — это медиа и ничего кроме медиа; слово стоит столько, сколько лайков собирает. Такое мировоззрение может быть полезно для предвыборной борьбы, поскольку позволяет с невероятной легкостью лавировать в потоке общественного мнения. Но для дипломатии оно равно катастрофе. Пашинян — всю жизнь журналист, а потом сразу премьер-министр — не случайно так подружился с французским коллегой. Разница между ними в том, что за Макроном стоит старый и сильный государственный аппарат с колоссальной дипломатической традицией, способный смягчать последствия эскапад первого лица. В Армении такого аппарата нет, а его зачатки, возникшие при первых трех президентах, действующий лидер благополучно уничтожил. Между страничкой первого лица в соцсети и армянской внешней политикой отсутствует фильтр. Привычки блогера, как они есть, переносятся в дипломатическую сферу: вчера уверяем Россию, что осознаем фантастичность членства Армении в Евросоюзе, сегодня правящая партия принимает закон о вступлении в Евросоюз. Когда отечественные наблюдатели говорят, что Никол Пашинян давно призывал Армению к разрыву с Россией, а теперь «уводит ее на Запад», они недооценивают «текучесть» блогерской натуры. Дело не в том, что у лидера Армении есть некая стратегия. Ее, скорее всего, нет, или, точнее, она сводится к простому: получить максимум власти при минимуме обязательств. Армению завела туда, где она сейчас находится, не стратегия, а цепочка тактических шагов, по отдельности, возможно, рациональных, но в своей совокупности глубоко ошибочных. Авторам искрометных постов в соцсетях вообще редко даются крупные сложно организованные литературные формы. Не углубляясь далеко в прошлое, посмотрим на события последних месяцев. Апрельский визит в Москву был нужен Пашиняну, чтобы отбить критику со стороны оппозиции за испорченные отношения с Россией. Владимир Путин, судя по открытой части встречи, смотрел на вещи несколько иначе и желал получить разъяснения, каков, собственно, долгосрочный внешнеполитический курс Армении. Поскольку разговор об этом, по мнению российской стороны, давно назрел, Пашинян услышал необычно жесткие оценки. Но, поскольку российско-армянские отношения его в тот момент интересовали мало, в отличие от предстоящих парламентских выборов, Пашинян, вместо того чтобы хотя бы на открытой части встречи признать озабоченности Москвы, произнес предвыборную речь: мол, мы свободная страна и наши дела с Евросоюзом вас не касаются. Когда последовали ограничения импорта товаров из Армении, в Ереване и это увязали с выборами — дескать, Россия хочет таким образом помочь оппозиции. Вероятно, до самого недавнего времени Никол Пашинян считал, что ограничения будут сняты, как только пройдет голосование, и он сохранит за собой премьерский пост. Что дело может быть не в антипатии, что закон о вступлении Армении в Евросоюз в Москве и других столицах ЕАЭС видят политическим решением, а не случайной записью в блоге — всех этих аргументов не существует для Пашиняна, поскольку они лежат в области дипломатии, а не медиа. #Армения #Россия #Франция #Пашинян #Путин #Макрон #дипломатия 🤩 Кавказское обозрение