🇪🇺🇦🇲🇷🇺 Европа по памяти и представлению Голосование на парламентских выборах завершило странную избирательную кампанию в Армении, отмечает главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов. Удивительным образом все оказалось представлено как выбор между Россией/ЕАЭС и Западом/Евросоюзом. Что касается России, тут, конечно, право армянского народа и выбранного им правительства определять, как строить отношения. Насильно мил не будешь, и, если хочется в свободное плавание — семь футов под килем. Москва, правда, на сей раз сразу обозначила, чего в этом случае лишится Ереван, чтобы решение там принимали осознанно. А вот с Евросоюзом все менее понятно. Правда в том, что вступать в ЕС Армению никто никогда ни в какой форме не приглашал. Если в случае с Украиной и Молдавией тень гипотетического членства хотя бы витала начиная с 2010-х гг., то применительно к Армении не было и такого. Тем не менее вопрос «в ЕАЭС или в ЕС» стал лейтмотивом нынешней коллизии. Россия этому отчасти способствовала, поставив вопрос о будущих отношениях ребром: выбирайте прямо сейчас. Сам премьер Армении Никол Пашинян ведет себя извилисто: ниоткуда не выходим, участвуем в евразийской интеграции, пока нет ясности с перспективами членства в Евросоюзе. Тактика Пашиняна и его партии — предмет отдельного изучения. Интереснее другое — как Европа, будучи сейчас игроком, отягощенным огромными проблемами и вовлеченным в масштабный военно-политический кризис, остается магнитом и предметом социально-политических грез? После конца холодной войны европейская интеграция, один из самых успешных политических проектов в истории Старого Света, стал рассматриваться если не в качестве прототипа всего мирового устройства, то как схема, которую необходимо распространить максимально широко на сопредельные пространства Европы и Евразии. Достижения Европы — экономическая и политическая стабильность, высокий уровень жизни, социальная справедливость, привлекательная картина будущего — сделали ее чрезвычайно притягательной. А идея ненасильственной экспансии — через распространение норм и правил, которые рассматривались как оптимальные для всех — вселяла в жителей соседних стран надежду на положительные изменения у них дома. Инерция такого восприятия ЕС оказалась устойчивой. И хотя Европейский союз второй половины двадцатых годов мало напоминает изящную картину четвертьвековой давности, ее продолжают использовать. Образ успешного и перспективного объединения — не просто приятный аксессуар, но и инструмент влияния Евросоюза, благодаря которому он в том числе достигал и целей собственного развития. Успехи европейской интеграции во второй половине прошлого — начале этого столетия — продукт не только талантов и интеллекта авторов и руководителей проекта. В первую очередь это результат уникального стечения исторических обстоятельств — итоги Второй мировой и нечаянный подарок в виде краха СССР — экономического и политического. Однако это все в прошлом. Сейчас ЕС хочет — пока с очень переменным успехом — приспособить интеграционную конструкцию к изменившимся международным условиям. Фундаментом процесса стало противостояние России, через него предпринимается попытка выстроить новое позиционирование и укрепить внутреннее единство. Конкуренция за пространство бывшего Советского Союза, безусловно, имела место и раньше, но до какого-то момента ее можно было камуфлировать флером интересов общего развития и отговорками. Теперь все однозначно, жестко и вообще без экивоков. Прежний подход исходил из того, что, спрятавшись под зонтик европейской интеграции, можно обезопасить себя от потрясений. Но, во-первых, зонтик становится все более декларативным — Европа ничего никому не может твердо обещать. Во-вторых, как раз наоборот — вступая в эту игру, можно быть уверенным, что становишься мишенью резких действий противоборствующих сторон. Евразийские страны, ориентирующиеся на Евросоюз, не могут игнорировать, что ставка, которую они делают, — откровенно антироссийская. #Армения #ЕС #Россия #интеграция #геополитика 🤩 Кавказское обозрение