🇪🇺🇦🇲 Старые песни Занимательное впечатление оставляют после себя заявления и документы встречи ЕС — Армения, проходившей в Ереване 4-5 мая. Институты и официальные лица Евросоюза делают упор на то, что это первый в истории подобный саммит, а также подчеркивают его важное, рубежное значение. Общие ощущения от повестки дня и принятых решений скорее напоминают старые добрые встречи в рамках когда-то очень звучной инициативы «Восточного партнерства» ЕС, отмечает экономист Егор Сергеев. Если посмотреть на круг мероприятий (прежде всего финансового плана), то многие из них вырастают еще из программ, инициированных в рамках восточного фланга Политики соседства ЕС. Правда, в 2007-2020 годах Армения получала гораздо меньше, чем тогдашние «фокусные» страны — Украина, Грузия и Молдавия, аккумулировавшие более 80% денег в рамках этой политики. С тех пор географические приоритеты и возможности ЕС несколько поменялись. Украина явно приобрела для объединения стратегическое значение. Грузия, напротив, демонстрирует отход от курса 20-летней давности и увеличивает дистанцию от ЕС, а Молдавия, напротив, в нынешнем политическом плане скорее склоняется на милость победителя. В любом случае в качестве геополитического интереса для ЕС Армения теперь обладает гораздо большим значением. В отечественном инфополе наибольшее внимание привлек вопрос относительно перспектив членства Армении в Европейском союзе. Конечно, говорить о реализации таких планов пока даже не просто преждевременно, а не совсем целесообразно. В духе все тех же старых добрых встреч в рамках «Восточного партнерства», вопрос о членстве в ЕС — это скорее инструмент поддержания в контрагенте интереса к взаимодействию с Союзом и одновременно медийная «морковка», которую можно демонстрировать публике как внутри, так и снаружи. Интерес держать Армению «в фокусе» у Европейского союза, конечно, есть. За активизацией деятельности Брюсселя в Армении стоит несколько факторов: Во-первых, с учетом тех рисков, которые ЕС сам для себя обозначил, к одной из основных задач можно причислить так называемое геополитическое пробуждение, то есть интенсификацию внешнеполитических шагов объединения. А поскольку основная угроза для ЕС — это Россия, то насолить ей в зоне ее прямого интереса — вполне логичное действие. Во-вторых, у ЕС достаточно большой спектр «инициатив на экспорт» (например, Global Gateway), которым объединение пытается обеспечить политическую поддержку со стороны других стран. Смысл этих действий при сильном упрощении сводится к идее о том, что ЕС тоже хочет, чтобы у него были глобальные инициативы, как и у всех уважаемых крупных держав. И такие страны, как Армения, во многом нужны, чтобы обеспечивать подобным инициативам «массовость». В-третьих, активное присутствие ЕС в регионе Южного Кавказа действительно во многом мотивировано интересами энергетической безопасности, а также доступом к транспортным коридорам. В этом смысле политику союза на Южном Кавказе в определенной смысле можно рассматривать с его же похожими инициативами, скажем, в Центральной Азии, значение которой в политике Брюсселя тоже сильно выросло. Наконец, Европейский союз воспринимает себя как особое нормативное пространство и всячески демонстрирует это внешней аудитории. А в рамках концепции «нормативной силы», которой пытается быть ЕС, для подобного пространства крайне важно желание не входящих в него участников постоянно хотеть включиться в его состав. Армения при Пашиняне — одна из немногих стран, которая продолжает играть по старым европейским правилам. Тем удивительнее снова почувствовать уже несколько подзабытое ощущение разговора сверху вниз, старшего с младшим, и осознавать, что Армения оказалась одним из немногих государств, с которым можно говорить вот так, по старинке, как будто в мире ничего не изменилось. #Армения #ЕС #интеграция #геополитика 🤩 Кавказское обозрение