Вот почему такие истории для публики всегда линейны: советский разведчик сражался с врагом, был схвачен гестапо, его пытали, но он никого не выдал. Он навсегда останется в наших сердцах. А это были обычные люди, со слабостями и страстями. Киевский резидент "Михайлов", которому в Москве удачно соорудили документ про бабушку-немку, быстро понял, что быть бароном Мантойфелем гораздо круче. Через комиссионный магазин потекла река вещей из ограбленных киевских квартир. Золото-бриллианты, доступные женщины, приличный круг общения, изысканно обставленная квартира, еда и напитки. На проблемы коллег он просто забил накрест: Кудря при курьере от Судоплатова кидал Карташову предъявы, что из лагеря военнопленных вызволять его тот не кинулся - несмотря на связи, мол, "это меня скомпрометирует". Денег не давал. Связникам, которым надо было вернуться в Москву через линию фронта, накидал понтов (даже передавал привет "Пашке Судоплатову"), чуть ли не машиной довезу, всё дам - и слился. А чего его понесло к пронацистской русской эмиграции в Берлине - вообще загадка. В общем, заигрался парень - и сгинул. ГДА СБУ ф. 60 д. 86699 т. 12