14 сентября 1941 года немецкие танковые части замкнули кольцо вокруг советских войск восточнее Киева. Командующий фронтом генерал Михаил Кирпонос это знал: в донесении штаба ЮЗФ №00435, направленном в 18.30, он сообщал, что "фронт перешел к боям в условиях окружения и полного пересечения коммуникаций". Разрешение Ставки на отход из Киева было получено поздним вечером 17 сентября, а в войска поступило на следующий день. Хотя командующий войсками Юго-Западного направления Семен Буденный, член Военного совета Никита Хрущев и начштаба фронта Александр Покровский запрашивали его еще 11-го числа, умоляя дать возможность вывести если не людей, то хотя бы технику. Так что в дальнейшей трагедии напрямую виноват великий вождь и учитель, гениальный полководец тов. Сталин, отрицавший любую инициативу на местах. За это время немецкая пехота и подразделения тяжелой артиллерии подошли практически вплотную к Броварам и Борисполю - гляньте на карте, какой у войск 37-й армии был маневр с правого берега. Кирпонос погиб при выходе из окружения. Немцы объявили, что в "киевском котле" попало в плен 665 тысяч человек (примерный списочный состав ЮЗФ на лето 1941 г.), и эта цифра до сих пор гуляет в пропаганде, сократившись до обтекаемых 600 тысяч. Фактически же котлы были разрозненными, киевский имел весьма небольшие размеры, примерно от р. Трубеж (на рубеже которой остались все эти машины) до р. Супой. Дальше был Оржицкий - уже в Полтавской области, а порядка 150 тысяч человек вообще находились вне окружения. Кто-то сдавался в плен, а кто-то упорно шел, пробивался с боями, немецкие ЖБД фиксируют железную волю советских командиров, объединявших солдат вокруг себя и ведших их в короткие злые атаки. На фото из частной коллекции Артура Бондаря хорошо показан ландшафт болотистых лугов в пойме Трубежа и Недры. Немцы ставили заслоны, наши их штурмовали. Практически все погибшие бойцы в той местности найдены случайно - можно идти в любом направлении и посреди поля наткнуться на останки.