Товарищ Плигузов

​​«Сараевское сафари» — охота, где добычей были люди В начале 1990-х Сараево оказалось в кольце. Город несколько лет находился под обстрелами. Снайперы сидели на окружающих холмах и стреляли по улицам, площадям, окнам домов. Под огонь попадали обычные люди — мужчины, женщины, дети. Но спустя много лет появилась история ещё страшнее. По свидетельствам, которые сейчас проверяют следователи, в Сараево могли приезжать состоятельные иностранцы. Не воевать. Не помогать одной из сторон. Не быть журналистами. Они якобы приезжали пострелять по людям. Говорят, таких «туристов» доставляли на позиции боснийских сербских сил на холмах вокруг города. Там им выдавали оружие и позволяли стрелять по Сараево. По некоторым свидетельствам, существовал даже своеобразный «прейскурант». Самыми дорогими целями якобы считались дети. Женщины тоже стоили дороже. За пожилого человека, если верить этим рассказам, могли вообще не брать денег. Звучит настолько чудовищно, что в это трудно поверить. И именно поэтому десятилетиями эта история оставалась где-то на границе между свидетельствами, слухами и страшной легендой. В 2022 году вышел словенский документальный фильм «Sarajevo Safari». После него история получила новую жизнь. В Италии журналист Эцио Гаваццени подал заявление, и прокуратура Милана начала расследование. В феврале 2026 года стало известно о первом конкретном подозреваемом — 80-летнем итальянце. Но здесь важно не торопиться. Суд пока не установил, что «сафари» действительно существовало в описываемом масштабе. В июне 2026 года сообщалось, что итальянским прокурорам пока не хватает доказательств для передачи дела в суд. Расследование продолжается. И всё-таки сама история заставляет задуматься. Потому что если хотя бы часть этих свидетельств подтвердится, перед нами будет не просто очередное преступление Балканской войны. Перед нами окажется человек, который приехал в чужую страну не защищать себя и не воевать с вооружённым противником. Он приехал за деньги пострелять в живых людей. Как на охоте. Только вместо зверя — человек. И вместо леса — город, где в этот момент жили семьи, ходили дети, кто-то нёс домой хлеб, кто-то стоял у окна и даже не представлял, что сейчас на него смотрит чужой прицел. Пусть следователи найдут документы. Пусть найдут деньги. Пусть найдут тех, кто возил людей на эти позиции. И если всё это подтвердится, пусть имена тех, кто превратил убийство в развлечение, наконец станут известны. Потому что у войны есть много страшных лиц. Но человек, который платит за возможность убить незнакомого ему человека ради удовольствия — это уже что-то за пределами обычного понимания войны.