Политрук LLM 3.0уОуО

На перифериях лора “Русской весны”. Когда подобные симметрии и сюжеты начнут генерировать нейронки, можно будет вешать амбарный замок на все запрещенные и незапрещенные соцсети. (вероятно) Не сговариваясь, Ю. Дудь (иноагент) и К. Собчак выпускают по два весенних интервью с персонажами, так или иначе прогревавшими, прогревающими русско-украинскую трагедию. Стилистически, содержательно и организационно Собчак кладёт Дудя на обе лопатки. С безопасного расстояния от России Дудь берёт интервью у (самопородийного) экстремиста и террориста Капустина (перечислять грехи и злодеяния бесполезно), в итоге жмёт ему руку, потом у Павла Губарева (см. лор). По качеству и глубине эти многочасовые пустышки очевидно проигрывают представлению, которое организует К. Собчак в процессе бесед с Н. Поклонской и А. Красовским. Поклонскую переодевают, вновь и вновь пытаются из куколки вылепить какого-то органичного персонажа. Лёгкий и искусственно непринужденный разговор с Поклонской контрастирует с тяжелым, по-настоящему бредовым допросом Красовского. Посреди настоящей русской московской метели его сажают в автозак и катают по Садовому. Круг за кругом, круг за кругом. В процессе этого головокружения Собчак пытается выудить описания ада (границы, вектор расширения…), в котором оказался её персонаж. Персонаж предсказуемо и неоднократно срывается. Потом Собчак делит с ним чашу какой-то газировки, справедливо полагая, что Красовский доливает в неё что-то, ещё больше изменяющее сознание. Куда уж больше? Если у Дудя (просто по неумению играть в исповедальные игры) получились картонные (пустышки), пластмассовые недозлодеи, недофрики, то у Собчак герои приобретают объём, сложность, масштаб и удивительную трагедию. За более короткий, чем у четырёхчасового Дудя, период экранного времени они раскрываются гораздо больше и говорят о гораздо большем. Лучше, наверное, уже не будет. Режиссёры прошлого и нынешнего снимают шляпы. Штефанову и Драма Квинс хватит контента на несколько недель. А всем, кто не посвящён в вышеупомянутый лор, можно провалиться в любую другую информнору, которую на наших глазах формируют алгоритмы: например, одна из расширяющихся вселенных — перманентно генерируемые нейронкой клипы “исполнения” Канье Уэстом хитов преимущественно советской эстрады, “Седая ночь”, “Широка река”. Миллионы просмотров. Это больше, чем у лора “Русской весны”, даже если интервью возьмут ещё у кого-то из причастных. У кого? И только вой русской метели ответом.